То, что в Америке можно плевать на президента, мне очень понравилось, но ехать туда не хотелось. Я слышал, что Гретхен, разбившая мое сердце, уже успела выйти замуж за своего двоюродного брата Джека Винстона с его "фойрничер стор", так на что сдалась мне Америка? Теперь, однако, когда рана, нанесенная моему сердцу Гретхен, по временам только слегка ныла доказательство, что она начала заживать, и, когда я к тому же убедился, что звания выше лакейского в древней столице Российской империи мне не добиться, я решил ехать.
Но как? Где взять денег на дорогу? Брат не был в состоянии дать мне их. "На дорогу до Лондона я постараюсь наскрести для тебя денег, это я как-нибудь осилю. А в Лондоне тебе придется на некоторое время задержаться, поработать и самому накопить денег на дальнейшую дорогу", писал мне брат.
Так и порешили.
Еще в бытность мою в Лодзи я, сидя однажды в "млечарне", где за двадцать грошей можно было получить овсяную похлебку и хлеб с маслом, случайно познакомился с одним "верным человеком". За пятьдесят рублей он брался доставить в Англию целым и невредимым любого со всеми его пожитками.
Зтот самый "верный человек" и повел меня к границе вместе с целым транспортом бесправных людей, без заграничных паспортов и без железнодорожных билетов. Были здесь евреи, поляки, белорусы, парни призывного возраста, женщины и дети, направлявшиеся к своим мужьям и отцам по ту сторону океана.
- Зачем платить за билеты, - говорил "верный человек", - если я могу столковаться с кондуктором за полцепы?
Границу мы переходили в тихую зимнюю ночь.
- Боже милостивый, - шептали женщины, - господь всемогущий, дай нам благополучно добраться ..
Но "верный человек" не нуждался в помощи бога для своих рискованных операций.
- Не бойтесь Идите смело, - успокаивал он толпу - Все обеспечено От начальника до часового на границе...
Да идите же, юворю, смело, как в баню.
Женщины, однако, верили, что с богом оно спокойнее, и не переставали шепотом звать его на помощь
- Замолчите, бабы, тише, хватит вам бормотать! - сердился "верный человек".
Вскоре он нам объявил:
- Поздравляю, мы уже находимся по ту сторону границы. Теперь вы можете галдеть сколько душе угодно, - сказал он, обращаясь к женщинам.
В ту ночь я перешел две границы - границу родины п границу своей юности ..
1912-1960
НА ЧУЖОЙ ЗЕМЛЕ
НА ЧУЖОЙ ЗЕМЛЕ
1
Постучали во входную дверь. Три удара дверным молотком: два быстрых, один за другим, и чуть погодя - третий. Так обычно стучал почтальон.
Не отрываясь от стирки, Малка оглянулась на детей, игравших в уголке на полу, и сказала:
- Эйби, Сэми, подите кто-нибудь откройте дверь. Там почтальон письмо принес.
Она снова склонила голову над лоханью, уголком глаза выжидательно поглядывая на дверь.
Через минуту Эйби, запыхавшись, вбежал в комнату с возгласом:
- Ма, это не почтальон! Это какие-то чужие дяди!
В дверях показались двое: первым вошел приземистый толстый господин с круглым багровым лицом, обрамленным бахромкой седых бакенбардов, которые сходились у него под плотным, гладко выбритым подбородком, придавая ему сходство с шотландским фермером или, скорее, с голландским рыбаком, какими их изображали старинные живописцы. Вслед за толстым господином в комнату бочком втиснулся высокий угловатый еврей с бородкой, в длиннополом сюртуке, в сапогах с мягкими голенищами и в суконном картузе с широкой тульей. С первого взгляда можно было узнать в нем "чужака", который только что приехал из какого-нибудь литовского местечка.
При виде двух посторонних мужчин Малка быстро откинула упавшие на лицо волосы, вытерла кое-как о передник распаренные мокрые руки и, крикнув: "Тише, дети!" - больше по привычке, потому что дети, разинув рты, молча глазели на чужих "дядей", - бросилась к газовому рожку.
Прибавила огня, всмотрелась во второго посетителя и, всплеснув руками, радостно воскликнула:
- Боже мой, да это же дядя Хаим! Дядя Хаим приехал!
- Ну вот, я доставил вас к вашим родственникам, - сказал господин с бритым подбородком. - Я из "Джуйш шелтер" ["Джуйш шелтер" - организация, обслуживающая вновь прибывших иммигрантов-евреев], - пояснил он, обращаясь к Малке. - А теперь я пойду - надо и других отвести к их землякам. Гуд бай, миссис.
Малка засыпала гостя вопросами:
- Что у вас слышно? Как там тетя Гнеся? Как детишки, дай им бог здоровья? Барнет хотел вас встретить на Викториастейшн, - трещала она без умолку, не давая гостю слово вставить. - Но его, видно, не отпустили в рабочее время, чтоб им пропасть, проклятым эксплуататорам... Положим, сверхурочно он сегодня работать не будет, хоть бы там не знаю что... Сейчас он уже должен вернуться, - она бросила взгляд на часы и вдруг, спохватившись, воскликнула: - Да что это я, человек с дороги, устал, проголодался, а я тут разболталась... Может, выпьете стакан чаю? Закусите? Нет? Ну тогда хоть умойтесь с дороги...
В комнате пахло мокрым бельем, непроветренной детской постелью, мышами, но Хаиму казалось, что он попал в рай.