Эти слова Окуджавы не очень любят вспоминать. Уж очень страшные они. Но ведь не случайны. Как и его строки:
Когда эти мысли мучили его? Наверно, всю жизнь. И все-таки когда-то больше, когда-то меньше. Нельзя ведь ежеминутно мучиться безысходностью.
Но больше всего, наверно, в тридцатые («Отец, расстрелянный мой»). И на рубеже сороковых и пятидесятых. Они виделись как новый шквал репрессий. Может быть, даже как канун новой всемирной бойни. Тон советских политиков по отношению к Западу становился все более грозным.
В последние полгода жизни Сталина, с августа-сентября 1952-го, шло ожидание чего-то ужасного. Один за другим шли процессы в «странах народной демократии» – в Восточной и Центральной Европе. Казни руководителей Чехословакии, Венгрии, Болгарии. Группы Ласло Райка, Трайчо Костова. Еще вчера они считались ставленниками Сталина, и вдруг – предатели, изменники, агенты мирового империализма.
Последний из «процессов» прошел в Чехословакии. «Судили» 14 человек (из них 11 повесили). Даже газетные сообщения могли вызвать ужас. А если бы мы знали то, о чем в газетах не писали! Это судилище началось в конце ноября 1952-го, всего за полтора месяца до апогея сталинского антисемитизма: травли «убийц в белых халатах». Как мы знаем теперь, еще при допросе на том «процессе» было сказано:
«Мы сумеем уничтожить вас и вашу паршивую расу! Не все, что делал Гитлер, было хорошо, но с жидами он расправлялся отлично. Жаль, что не все они попали в газовые камеры, многие улизнули. Но то, что он недоделал, завершим мы… На десять метров под землю, вот куда мы вас загоним – вас и ваше паршивое отродье!»[84].
Из обвиняемых тогда одиннадцать представляли «паршивое отродье».
В Корее бушевала война. В СССР завершалась работа по подготовке водородной бомбы. Слава Богу, ее испытание прошло через полгода после смерти Сталина. А если бы при нем?
Нагнеталась ксенофобия. О выселении пяти народов Кавказа, крымских татар и греков, немцев Поволжья говорилось как о чем-то вполне оправданном, закономерном. Конечно, сами решения о выселении этих миллионов людей не публиковались, но в постановлении ЦК ВКП(б), лишь одно из изданий которого вышло тиражом в полмиллиона экземпляров, сказано, что «помехой для установления дружбы народов в тот период на Северном Кавказе являлись ингуши и чеченцы»[85].
Аресты, аресты. Мы не знали тогдашних слов Сталина «Бить, бить, смертным боем бить». Но догадывались.
К началу 1953-го ситуация казалась ужасающей. А дальше, как в известной песне: «То ли еще будет – ой-йой-йой».
13 января 1953-го. В газете «Правда» появилось сообщение ТАСС:
«Арест группы врачей-вредителей.
Некоторое время тому назад органами госбезопасности была раскрыта террористическая группа врачей, ставивших своей целью, путем вредительского лечения, сокращать жизнь активным деятелям Советского Союза».
Перечислялись участники «террористической группы». Большинство из них – евреи.
«Следствием установлено, что участники террористической группы, используя свое положение врачей и злоупотребляя доверием больных, преднамеренно, злодейски подрывали здоровье последних, умышленно игнорировали данные объективного обследования больных, ставили им неправильные диагнозы, не соответствующие действительному характеру их заболевания, а затем неправильным лечением губили их».
Сказано, что врачи «умертвили товарища А.А. Жданова».
«Врачи-преступники старались в первую очередь подорвать здоровье советских руководящих военных кадров, вывести из строя и ослабить оборону страны. Они старались вывести из строя маршала Василевского, маршала Говорова, маршала Конева, генерала армии Штеменко, адмирала Левченко и др. <…>
Установлено, что все эти врачи-убийцы, ставшие извергами человеческого рода, растоптавшие священное знамя науки и осквернившие честь деятелей науки, состояли в наемных агентах у иностранной разведки. Большинство участников террористической группы (Вовси, Коган, Фельдман, Гринштейн, Этингер и др.) были связаны с международной еврейской буржуазно-националистической организацией “Джойнт”, созданной американской разведкой якобы для оказания международной помощи евреям в других странах».
