Останавливаюсь у входа в зону персонала и в сотый раз набираю Лунгу. Конечно, она опять скинет вызов. Неудивительно. Дура девка. Ладно, пусть еще несколько дней потешит себя мыслью, что поступила правильно и я от нее отстал.
Черта с два. Я ее насильно обратно притащу, что бы она там в своей башке ни придумала.
Убираю телефон, понимая, что мероприятие сворачивается. Народу меньше не становится, но вот Шелест идет на выход. Проходит мимо меня, смотря вскользь, и, почти уйдя, резко разворачивается.
— Мурас, ты, что ли? — с недоверием.
— Так постарел?
— А то. Здорово, — протягивает руку, — ты здесь как?
— В оцеплении.
— Ты и в оцеплении? Что происходит с этим миром?
— Задаюсь тем же вопросом.
— Пошли, расскажешь. У меня самолет только через четыре часа.
— Ну пойдем.
Пока идем к кортежу тачек, Шелест раза три разговаривает по телефону. Такими односложными словечками — да, нет. Мы идем от силы две минуты, но каждые двести метров кто-то подходит. Охрана, которую я просек не сразу, дергается от каждого вступающего в круг его личной зоны. Весело ребятам. Собачья работка. Особенно когда Шелест (прим. автора герой романа «Законы безумия») со всеми мило ведет беседы и никому не отказывает сфоткаться и дать автограф. Всегда таким был, благодетель, блин.
— Слушай, — вмешиваюсь, — сядь ты уже в тачку.
— Чего?
— У тебя охрана поседеет скоро. Тут народу тьма. Тебе фанатка какая-нибудь в рожу кислотой на раз два плеснет. А они потом виноваты, не доглядели.
Богдан зависает на пару секунд, но в тачку садится.
— Ты чего такой умный?
— О тебе же беспокоюсь.
— Спасибо. Беспокойный. Как жизнь? Чего это тебя в оцепление спихнули? Пачку денег с начальством не поделили?
— Что-то вроде того.
— А если серьезно?
— А если серьезно, то это мои проблемы.
— Я, может, помочь хочу, работу, например, предложить. Хорошо оплачиваемую, взятки брать не придется. Переехать только понадобится.
— Куда? Ты в штатах живешь.
— Я в Москву перебираюсь. Дом строю. Охрану набираю. А ты у нас деятельный, да с таким опытом.
— И много платишь?
— Мурас, а ты не меняешься. У тебя жопа горит с работой твоей, вляпался же куда-то, зуб даю. А все туда же, бабки одни.
— А по-другому жить скучно.
— Хорошо тебе, когда скучно.
— В Москву, говоришь, значит.
— Да, — отвечает на звонок.
Пока мерс катится к гостинке, Шелест треплется по телефону, а я вот думаю о том, что неплохая это идея. Все равно мысли свалить из отдела уже появлялись, только варианта куда пока не было. Теперь вот есть.
Богдан кидает телефон на сиденье.
— Так что? Начальником службы безопасности ко мне пойдешь?
— Так сколько платишь? — ирония, конечно.
— Да как себе.
— Разбогате-е-ею.
— Но в Москве.
— Какая удача, только завтра туда собирался, правда, ребенка с женой забрать, а теперь вот — остаться самому придется.
— Ты женат?
Киваю.
— В жизни бы не подумал, что у тебя есть жена и ребенок. Девочка, мальчик?
— Девочка.
— У меня тоже девочка. Тея.
— Ну, у нас попроще все — Полина.
— Тогда в понедельник жду тебя на работе. Четыре дня на все про все должно тебе хватить. Позвонишь вот по этому номеру, — сует визитку, — это мой помощник, он все расскажет. Квартиру снимай где-нибудь поближе к Арбату. Мы пока там живем. Денег тебе скинут. Потом придется к Рублевке переселиться, чтобы по пробкам не таскаться. Так, и мой личный номер запиши, — диктует.
Новая жизнь. Даже смешно. Впереди еще столько предстоит сделать. Найти сад для Полины, работу для себя, квартиру, начать продажу квартиры в Питере, и самое главное — не общаться ни с кем из прошлого. По крайней мере пока. Мне нужно побыть одной. В другом городе.
Полина постоянно спрашивает, где Игорь и приедет ли он. В этот раз я не молчу, а говорю как есть.
Говорю, что он будет к ней приезжать, как и она к нему. Она не понимает, плачет, а я тихо себя ненавижу.
Дура. Больная на голову дура!
Родители тоже не рады этим переменам и обрывают мой и Юлькин телефон как могут.
Но я кремень, сестра — тоже. Поэтому медленно накал ослабевает.
С Эмилией мы общаемся почти каждый день. Игорь до сих пор в своей командировке, а еще Эмилия проговорилась, что у него в последнее время были проблемы с УСБ.
В моей голове наступает полный аншлаг. Я начинаю копаться в себе, жалеть, что уехала, спустя минуту, наоборот, хвалю себя за этот шаг. В общем, к единому мнению с самой собой я не прихожу. Игорь не звонит.
Так проходит три недели. За которые я нахожу работу и жилье. Спасибо моему опыту в ресторане, потому что подыскать себе работу теперь совсем не составило труда. Квартиру, впрочем, тоже. А вот сад я еще выбираю, поэтому пока перебиваемся няней.
