Вместе с результатами так называемых косыгинских реформ (на Западе их называли либерманизацией — по имени харьковского экономиста Е. Либермана, предложившего идею, а позднее эмигрировавшего в США) пришедшие миллиарды, точнее процесс их распаковки, упаковки и размещения, сформировали внутреннего субъекта и среду, заинтересованных в «редактировании» социалистического строя на западный (как им представлялось) лад. Это был трёхглавый советский Змей Горыныч: часть номенклатуры (прежде всего связанная с международными делами и внешней торговлей, в частности Международный отдел ЦК КПСС — сам по себе, разведка, распределитель фондов; Внешторг и др.); часть КГБ; теневой капитал. Это и есть внутренние три источника, три составные части разрушения системы и СССР.
У каждой из частей была своя финансовая база: размещаемые в банках средства номенклатурной линейки, деньги теневиков. По-видимому, определённые проблемы в этом плане испытывал КГБ, формально являвшийся инструментом КПСС и не способный на равных конкурировать с её структурами, например с тем же Международным отделом ЦК. Не стремлением ли создать перед демонтажем системы собственную финансовую базу, эдакий суперобщак был продиктован инициированный формально Андроповым (по сути, стоявшими за ним и, скорее всего, манипулировавшими несведущим в разведделах шефом генералами КГБ — чекистской «бригадой», сложившейся в 1940-1950-е гг.) ввод советских войск в Афганистан? Эта страна — кладовая: рубины, изумруды, бериллы, кунциты, гиддениты, редкоземельные металлы бериллий и торий, лазурит и многое другое, чего не счесть в каменных пещерах. И всё это под боком: «всё как будто под рукой, и всё как будто на века». Только век афганской кампании оказался коротким — закончился в один год с фактической сдачей Горбачёвым СССР и соцлагеря в Ватикане и на Мальте.
Афганистан не был единственным потенциальным источником суперобщака для определённых ведомственно-клановых групп. На рубеже 1970-1980-х гг. СССР вдруг резко активизировался в Африке (бывшие португальские колонии), Центральной Америке (прежде всего в Никарагуа). Впрочем, это была не столько игра СССР как государства-монолита, сколько более или (скорее) менее скоординированные действия ведомств-конкурентов, которые с разной степенью интенсивности грызлись между собой: КГБ, ГРУ (чьей вотчиной совместно с Штази и полученным ею от Третьего рейха «спец-наследством» стала Латинская Америка) и, конечно же, Международный отдел ЦК КПСС.
Этот «растопыренный» тип экспансии отличался от тайной и явной государственной поступи 1960-х — начала 1970-х гг. Двумя другими отличиями были время (точнее, несвоевременность) и пространство (зона экспансии). Правильно выбранным временем для активизации давления на капси-стему и её гегемона был рубеж 1960-1970-х гг., когда СССР инерционно продолжал подъём, а США находились в жесточайшем кризисе и их можно было ронять, насколько низко и глубоко — это уже второй вопрос. К рубежу 1970-1980-х гг. СССР не только стал слабее, но и утратил историческую инициативу, а Запад не только окреп, но и консолидировался. При этом если в СССР идеология уже окостенела и не имела практического значения не только для низов, но и для верхов, то в англосаксонском ядре набирала силу мотивирующая часть элиты, причём весьма активная, новая идеологическая мутация — неоконсерватизм. Наконец, если на рубеже 1960-1970-х гг. удары в той или иной форме можно было наносить по штабам буржуинов, то на рубеже 1970-1980-х гг. это были локальные укусы на периферии, особого стратегического перевеса они не приносили, а главного противника лишь раззадоривали, т.е. в конечном счёте были контрпродуктивными. О трате ресурсов страны и подогревании межведомственного противостояния, ослабляющего Центроверх, я уже не говорю.
Если говорить о теневой экономике, то основные деньги — по наводке грузинских воров в законе (лаврушников) — вкладывались в таковую Грузии и Армении, тесно связанную с прибалтийскими республиками и через них с Западом. Особое значение имела Армения, но не столько из-за запредельных уровней коррупции и развитой теневой экономики (эка невидаль в советских Закавказье и Средней Азии), сколько из-за наличия влиятельных армянских диаспор во Франции и США. Связь с ними была установлена давно по линии, курируемой А. Микояном сначала почти его личной разведки «Спюрк». Именно в этом была одна из причин его политического долгожительства: «от Ильича до Ильича без инфаркта и паралича». Показателен и символичен факт большого числа армянских фамилий вокруг Горбачёва — готовый канал связи.