Леонид Максимович ЛЕОНОВ
НАШЕСТВИЕ
Пьеса в четырех действиях
________________________________________________________________
Оглавление:
Действующие лица
Действие первое
Действие второе
Картина первая
Картина вторая
Действие третье
Действие четвертое
________________________________________________________________
Действующие лица
Т а л а н о в И в а н Т и х о н о в и ч - врач. А н н а Н и к о л а е в н а - его жена. Ф е д о р - их сын. О л ь г а - их дочь. Д е м и д ь е в н а - свой человек в доме. А н и с к а - внучка ее. К о л е с н и к о в - предрайисполкома. Ф а ю н и н Н и к о л а й С е р г е е в и ч - из мертвецов. К о к о р ы ш к и н С е м е н И л ь и ч - восходящая звезда. Т а т а р о в, Е г о р о в - люди из группы Андрея. М о с а л ь с к и й - бывший русский. В и б б е л ь - комендант города. Ш п у р р е - дракон из гестапо. К у н ц - адъютант Виббеля. С т а р и к. М а л ь ч и к П р о к о ф и й. П а р е н е к в ш и н е л ь к е. П а р т и з а н ы, о ф и ц е р ы, ж е н щ и н а в мужском пальто, о ф и ц и а н т, с у м а с ш е д ш и й, с о л д а т ы к о н в о я и д р у г и е.
Действие происходит в маленьком русском городе в дни Отечественной войны.
Действие первое
Низенькая комната в старинном каменном доме. Это квартира доктора Таланова, обставленная по моде начала века, когда доктор лишь начинал свою деятельность Влево двустворчатая дверь в соседние комнаты, с матовыми стеклами до пояса. Простая девичья кровать и туалетный столик, отгороженные ширмой в углу. Уйма фотографий в рамочках, и над всеми главенствует одна - огромный портрет худенького большелобого мальчика в матроске. В широком среднем окне видна черная улица провинциального русского городка с колокольней вдали, на бугре. Сумерки. А н н а Н и к о л а е в н а дописывает письмо на краешке стола; на другом его
конце Д е м и д ь е в н а собирает обед.
Д е м и д ь е в н а. А ночью тараканы с кухни ушли.
Нетерпеливый жест Анны Николаевны.
От немца бегут. Послушала бы на улице-то.
А н н а Н и к о л а е в н а. И все-то ты в дом тащишь. То подкову битую, то слух поганый.
Стучат в дверь.
Д е м и д ь е в н а. Войди. Кто еще там ломится?
К о к о р ы ш к и н (просунув голову). Это я, извиняюсь, Кокорышкин. Нигде Ивана Тихоновича застать не могу.
А н н а Н и к о л а е в н а. У него операционный день сегодня. Скоро вернется. Пройдите, подождите.
К о к о р ы ш к и н. Ничего, я тут-с.
И дверь закрылась.
А н н а Н и к о л а е в н а. Кокорышкин!.. Чудак какой!
Она идет за ним и приводит его, упирающегося. Это подслеповатый не
определенного возраста человек в пальтишке с чужого плеча.
К о к о р ы ш к и н. Тогда уж дозвольте не раздеваться, в домашнем виде я. Мне и дела-то - только бумаги подписать.
Д е м и д ь е в н а. Приткнись и не мешай. Письмо Федору Ивановичу пишем.
Кокорышкин сел, кашлянул разок и замер с папкой на коленях.
Точно с ума повскакали. Боровков всем домом укатил. Наверху тетка сидит, самовар держит. Уезжают люди-то.
А н н а Н и к о л а е в н а. Никто никуда не уезжает. Спроси вон Кокорышкина, он все знает.
К о к о р ы ш к и н (привстав). Точно. Уезжают-с.
А н н а Н и к о л а е в н а. Сейчас звонил Колесников и ничего не сказал. А уж ему-то, как председателю райисполкома, было бы известно.
К о к о р ы ш к и н. И он уедет-с.
А н н а Н и к о л а е в н а. И пускай едут. (Склоняясь над письмом.) И перестань бубнить, Демидьевна.
Д е м и д ь е в н а. Мне бубнить нечего... а вещи закопать, пока земля не задубенела, это всякий скажет. (Кокорышкину.) У Аниски три рубахи исподних забрали. Ленточка сверху лежала, стираная, косу заплетать... и на ту польстились.
К о к о р ы ш к и н. Это которая же Аниска?
Д е м и д ь е в н а. Внучка, даве из Ломтева, от немцев, прибежала. За сорок верст пешком махнула. Значит, сладко!
Кокорышкин сочувственно почмокал и снова замер.
Еле чаем отпоила, дрожма девка дрожит. Сейчас за сахаром послала постоять. Уж такова-то ласкова у меня: всё баушка да баушка... (Анне Николаевне.) Я ее на сундучке пристроила. Она и полы нам помоет и постирает что.
А н н а Н и к о л а е в н а. Конечно, пускай отдохнет. (Закончив письмо.) Ломтево! Там Иван Тихонович работу начинал, Федя родился, на каникулы туда приезжал. Как все обернулось!
Д е м и д ь е в н а. Пиши, пиши, обливай его материнскими слезами. (С сердцем взглянув на портрет мальчика.) Может, хоть открыточку пришлет!
А н н а Н и к о л а е в н а (заклеивая конверт). Последнее! Если и на это не откликнется, бог с ним. (Стеснительно, сквозь полуслезы.) Извините нас. Мы к вам так привыкли, Кокорышкин.
К о к о р ы ш к и н. Сердечно понимаю. (С чувством.) Хотя сам по состоянию здоровья детей не имел... однако в мыслях моих всем владел и, насладясь, простился... (Коснувшись глаз украдкой.) Не встречал я их у вас, Федора-то Иваныча.
А н н а Н и к о л а е в н а. Он в отъезде... Закрывай окна, Демидьевна, скоро самолеты полетят.
К о к о р ы ш к и н. И давно они в этом самом... в отъезде?
А н н а Н и к о л а е в н а. Три года уже... и восемь дней. Сегодня девятый пошел.
