- Ты меня, мусульманина, помог либералом сделать, полнейшим либералом. Помог легенду в жизнь воплотить. Как у нас в школе говорили: в легенду вжился - задание выполнил. Тебе за это медаль полагается.
- Не пойму, что ты имеешь в виду?
Латыпов рассмеялся.
- Не бойся, в независимой прессе мы об этом не напишем. Я-то знаю, для чего ты с чемоданчиком по российским редакциям ездил. После твоих вояжей меня и причислили с Коноплевым, Абрамовичем, Антоновичем к "партии мира".
- И ты об этом знал? - спросил Якубович.
- Конечно, родимый... А мыслимые и немыслимые ястребы, они вот где, в ручках у меня были. Все нормально сработано. Понимаешь, систему при батьке отработать очень сложно. Непредсказуем и упрям. Но команда моя пока справляется.
- Ну, это ясно, - сказал Якубович и разровнял усы. - Вахо, вор в законе, - твой, Рамдракович, человек. Пока отдыхает на зоне. Скоро выйдет. Егоров, Внешэкономбанк, - твой, Тозик, Юркин, Сиваков, Невыглас... Об этих я вообще не говорю. А сколько твоих в демсилах. Продырявленная насквозь Маринка Коктыш, Статкевич, Жихарь, Протько, Мацкевич...
Латыпов глянул по сторонам.
- Ладно, ладно, разговорился ты, очень разговорился. Язык у тебя, Пашуня... Иногда его надо прикусывать.
- Согласен, Рамдракович.
Якубович разлил вино в стаканы.
- А когда-нибудь время настанет... Буду я тебе звонить в Вашингтон из Тель-Авива.
- Будешь, если родина потребует...
- Ладно, Пашка, поехал я. И тебе пора. Или тут ночевать будешь?
- Какое ночевать?
Латыпов чмокнул Якубовича в усы. Подойдя к машине, незаметно сплюнул. Он где-то читал, что мусульманин не может с пархатым дружить. Да пошли они все. Паша человек разумный, только много знает. Батьку смог в оборот взять. Такого же жида Заметалина помог ему убрать... Но информации много с собой носит. Кому отдает? Это еще проверим.
"Мы дорого заплатили за эту власть в Беларуси"
Ельцин внимательно глянул на Черномырдина:
- Что ж там, в Минске, дружок твой провалился...
- Ничего страшного не произошло... Этот паренек, правда, со слабой головкой, понятиями конюха, но полностью наш. На последнем этапе, да и раньше, наши спецслужбы его поддерживали. Кебич в народе полностью потерял авторитет... Добили его газеты, телевидение. Жену куда-то впер. Все наружу выплыло. Человек он из наших, в обиде не оставим.
Ельцин задумался:
- Припоминаю... Докладывали мне. Он и за бугор не прочь был поглядывать.
- Было такое, но мы тоже много обещали, но мало делали. Это сегодня надо признать.
- У самих проблем до хрена, чтобы кого-то в обоз брать... А с этим директором совхоза надо работать. Говорят, в голове у него полная каша.
Сосковец усмехнулся:
- Если бы там вообще была голова...
- Ладно, поздравим мы его и с ходу надо брать в оборот. Езжайте, что-то я сегодня... - И вот еще что. Надо вокруг этого белорусского "самородка" расставить наших людей. Всех до единого. Мишка там Мясникович есть, приятный мужик, юморист, на банкетах скучать не давал. Его убирать нельзя.
- Без старой команды ему не удержаться. Если своих колхозников наберет, и года не протянет.
- Ладно, - устало махнул рукой Ельцин. - Я сам с ним на эту тему поговорю. Старую команду пускай не разгоняет. Силовиков особенно. Они ведь в первую очередь все наши.
Он глянул на Сосковца:
- А ты со своей командой поговори. Сам знаешь, с какой. Пускай побыстрее внедряются...
Все вышли.
* * *
Свет фар выхватил мокрые сосны. Служебная Кремлевская дача на Рублевском шоссе. Несколько "мерседесов" во дворе.
- Вас уже ждут, - этими словами Сосковца встретил охранник.
По большому холлу расхаживал Березовский. Гусинский сидел в кресле. Директор ФСБ Барсуков неподвижно стоял у черного чрева потухшего камина.
- Где Коржаков? - спросил Сосковец.
- Выехал от Бориса Николаевича. Татьяна звонила.
- Хорошо, хорошо... Как вы знаете, было совещание по Беларуси.
Березовский усмехнулся:
- Можно только догадываться. Много дежурных слов о поддержке нашего младшего брата...
Раздались тяжелые шаги.
Вошел Коржаков. Обвел глазами присутствующих. Сказал:
- Надо было бы еще рыжего пригласить. Сосковец хмыкнул:
- Учитывая вашу большую любовь, я не стал его звать. Ну да ладно, как говорится, ближе к телу... Вы понимаете, что такое Беларусь. Пускай там спецслужбы договора подписывают, делегации суются. Мы должны действовать иначе и в другом русле... Березовский, посмотрев на сидящих снизу вверх, ухмыльнулся.
- Ты что, Абрамыч?
- Аналогию вспомнил. Все это напоминает Антыкву в Карибском море. Ее население в 70-е годы создало партию народного освобождения, объявило независимость и сдало остров в аренду корпорации "Хилтон"... Только там нет такого чуда, как Лукашенко.
- Да плевать на него,-ответил Гусинский. - Ему, правда, надо что-то от перхоти, какое-то средство поднести и причесон убрать... Но Беларусь не твоя, Абрамыч, Антыква... Сборочный Цех, какой трудно себе вообразить, транзит...
Коржаков сел напротив:
- Да это потом. Пускай его заводы упадут в цене. Оружия там немерено. Среднеазиатский регион стонет, только давай, и Ближний Восток. А мы не можем, не можем сами...
Сосковец отметил:
