В доме на улице Косыгина ждет его еще один "герой", Аркадий Гайдамак, уроженец Бердичева, ныне гражданин Франции, тот самый, которому Леваев после потери контроля над ГРО "Катока" передал 15% акций компании "Африка Израиль Инвестментс", которую он приобрел в 1996 году. В тот самый год, когда вывоз гохрановских алмазов достиг пика, бывшие совграждане так поработали во властных структурах Анголы, что под контролем оказалась не только "Катока", но и вся алмазодобыча страны. Сбытом драгоценного сырья на сумму в 700 миллионов долларов стала заниматься не госкомпания "Эндиама", а СП "Аскорп", где главными соучредителями стали Леваев и Гайдамак. А компания "Алроса" стала рядовым подрядчиком.
"Гвозди бы делать из этих ребят", - невесело подумал Латыпов.
На улице Косыгина должен был ждать еще один собеседник - Леонид Минин, друг Шеймана, трижды судимый, один из главных поставщиков необработанных алмазов.
* * *
Березовский попросил Лукашенко направить на встречу с Леваевым и Гайдамаком именно его, Латыпова. Латыпов понимал почему... Не утаит информацию, никуда не влезет, честный перед ним до конца, - так думал о нем Лукашенко. Березовский подспудно доверял ему как коллеге, совбезовцу и восточному человеку, умеющему держать язык за зубами. Латыпов не задавал себе вопрос, зачем алмазным королям Беларусь. Все было и так ясно. Он вспоминал, какая нервозная спешка наблюдалась при строительстве недалеко от Гомеля новых цехов по обработке алмазов. Люди недоумевали: есть же уже алмазный завод, зачем новый? Но он-то понимал зачем. Туда никто нос не сунет, не будет контролировать ни количество выпускаемой продукции, ни качество, ни поступления сырья... "Гомель-ротон" заработал через три месяца, а должен был запуститься через год. Японская оперативность... Даже выше!
...В небольшом особняке он оказался наедине с людьми, которые представились Леваевым и Гайдамаком.
- Нам приятно познакомиться с вами, - сказал Леваев. - Борис Абрамович высочайшего мнения о вас. Сказал что в такой стране, как Беларусь, вы самая светлая голова.
Латыпов улыбнулся:
- Он имел в виду - самая светлая после Президента.
- Разумеется. Но давайте перейдем к делу. Вы человек занятой, мы тоже. Через несколько дней самолеты разнесут нас по разным точкам планеты, но мы всегда должны быть рядом... "Кроме того, что вор, еще и литератор," подумал Латыпов.
- Вы понимаете, что алмазы очень серьезная тема, - Леваев перешел на более лаконичный язык. - Быть может, самая серьезная тема. Мы давно работаем в ней...
- Увязли, как говорится, по самые уши...
- Установлен жесткий контроль за бриллиантовым бизнесом, есть резолюция ООН о создании международной сертификации необработанных камней. А чем эти камни отличаются от угля? Ничем. Только дороже. Бизнес есть бизнес. Ничем его не ограничишь. Вы согласны?
Латыпов ничего не ответил.
- Там, где мы работаем, люди воюют. Им нечем рассчитываться, кроме алмазов. А их как грязи... Не продавать же им своих детей за оружие.
Он замолчал.
- Не хочу вас насторожить... У вас есть отличный завод. У нас есть сырье, которого вам не увидеть ни из России, ни из Израиля, ниоткуда... Мы сами будем доставлять сырье. У нас есть возможности, техника. Мы сами продадим готовые бриллианты... У нас есть общие знакомые в Ясенево.
Латыпов никак не прореагировал на это.
- Мне поручено узнать условия. Сами понимаете, кем.
* * *
И все-таки непростой мужичок, этот Лукашенко. Недавно по глухой деревне лужи ботами вспахивал, а теперь со всего, даже с такой грязной темы, свое иметь хочет... Неужели ему мало? Даже его, разведчика с немалым стажем, этот вопрос поставил в тупик.
- Ваша третья часть.
- Кем будет доставляться сырье?
- Самолетами... Кстати, фамилия Бут вам знакома? Между прочим, белорус из Витебска.
Тут Латыпов рассмеялся:
- Если уж у нас общие знакомые в Ясенево, то мне еще знаком и Аминов, и Бутов, и Бадд, и Буланин... А это все - Виктор Бут, бывший офицер военно-транспортной авиации в Витебске.
Гайдамак развел руками:
- Что тут скажешь, приятно иметь дело с осведомленным человеком. Так вот, этот обладатель многих фамилий и нескольких транспортных компаний в разных концах света - человек неоценимый...
- Но есть и другой путь, он тоже отработан. Диппочта.
- Надеюсь, вы прибудете в Минск, и мы все детально обсудим: Пока же я доложу Президенту, что мы в принципе договорились.
Леваев поднялся из-за стола:
- Вы уж извините, Урал Рамдракович, у меня сугубо личный вопрос. Вы только не обижайтесь...
- Да что вы, ради бога...
- Неужели он такой му...к, каким выглядит на экранах телевизора?
Леваев прервал его:
- Ты не о том. Может ли он дать гарантии? Вот что главное...
- Вы спросите у него об этом лично, - уклончиво ответил Латыпов.
Его "мерседес" гнал по ночной Москве. Саквояж в машине, он должен быть на вокзале. Нет... Только не в Минск. К жене!
"Вы арестованы! Интерпол!"
Солнце пробивалось через плотные шторы римских апартаментов. Его лучи высветили комнату со старинными нишами, потертыми комодами и элементами современного дизайна. Когда к нему приехали гости, они сказали:
