Но Лев Давидович работал не только в «Новом мире». У него появляется собственный литературный агент, некий Александр Гомберг. Тоже выходец из России, сын раввина, а в Америке он был связан с банковскими кругами [139]. Статьи Троцкого начинает публиковать шиффовская «Форвертс», и он с гордостью писал: «Мы все успешнее проникали в могущественную еврейскую федерацию с ее четырнадцатиэтажным дворцом, откуда ежедневно извергались 200 тысяч экземпляров газеты «Форвертс». Опусы плодовитого революционера появляются также на страницах журнала «Цукунфт» (издавался на идиш), газеты «Колл». Появляются и в газете «Фольксцайтунг», издававшейся на средства германской разведки. А первая встреча Троцкого с нью-йоркской колонией русских социалистов состоялась 14 января 1917 г. на квартире редактора этой газеты, председателя Немецкой федерации Людвига Лоре. Напомню, организатора пропагандистских гастролей по США для Коллонтай. Он и для Троцкого устраивает публичные лекции в Нью-Йорке, Филадельфии. Что ж, старые связи сохранялись, Парвус в это время писал о Льве Давидовиче — «мой человек в США».
Однако устанавливались и новые полезные связи. Например, Троцкий никак не мог миновать Сиднея Рейли. Ведь он был представителем Животовского, а переписка свидетельствует, что контактов с дядей Лев Давидович не порывал. Работодатель Троцкого Григорий Вайнштейн был связан с Рейли через брата Александра. А Александр по-прежнему устраивал вечера для «избранных» революционеров, где бывал и Троцкий. Как бы то ни было, впоследствии обнаружилось, что Рейли хорошо знает Льва Давидовича. А познакомиться они могли только в Америке. Наверняка должны были установиться и другие контакты. С шефом Рейли и Вайнштейнов, британским резидентом Вильямом Вайсманом.
Некоторые биографы Троцкого упоминают, что во время пребывания в США он работал в кино. Но на самом деле ни одна американская кинокомпания с ним не сотрудничала и ни в одном кинокадре он не зафиксирован. Возможно, «работа в кино» заключалась в выплатах через упоминавшуюся кинокомпанию Вайсмана «Wisdom Films» и связанную с ней фирму «Вайнберг и Познер». Или в контактах с миром кино через «банду Рейли — Вайнштейна». Это, разумеется, только предположения. Когда именно и в каком формате установились связи Льва Давидовича с Вайсманом, мы доподлинно не знаем.
Но Вайсман, отличный разведчик, пройти мимо такой фигуры, как Троцкий, попросту не мог. Им был разработан особый план «Управление штормом», согласно коему следовало влиять на события в России через «своих» людей. И весь дальнейший ход событий дает основания полагать, что контакт состоялся, а результатом стала вербовка Троцкого. Позже в своем труде «Разведывательная и пропагандистская работа в России» Вайсман уклончиво напишет, что «один из наших американских агентов, очень известный интернациональный социалист… был сразу же принят большевиками и допущен на их собрания». Указывалось, что этот агент потом действовал в России и в ноябре 1917 г. вступил с Троцким в публичную дискуссию по ситуации в стране. Ни один «очень известный интернациональный социалист» в такую дискуссию не вступал. А по прочим признакам под данную характеристику подходит лишь один человек — сам Лев Давидович [150].
В целом из этих фактов видно, что западные спецслужбы основательно готовились к решающему удару по России. Готовились к нему и политические круги. В июне 1916 г. произошла знаменательная трагедия. Погиб крейсер «Хэмпшир», на борту которого направлялся в нашу страну британский военный министр лорд Китченер. Как погиб крейсер, до сих пор остается тайной. Исчез, ушел где-то на дно со всей командой. Версия историков — наскочил на мину. А что еще остается? Вполне вероятно, что его гибель была случайной. Но и эта случайность произошла очень «вовремя». Китченер никогда не был другом России. Уже отмечалось, что он и «подставлял» ее, и норовил обхитрить. Он был трезвым и жестким политиком, делавшим все, чтобы в выигрыше осталась Англия. Но для этого требовалось, чтобы и Россия продержалась до победы. Разве не так следовало по нормальной военной и политической логике?
А итог его гибели стал двояким. Во-первых, в этом обвинили… Россию. Британская пресса раздула шумиху, что утечка информации о визите Китченера произошла через царицу-«немку» и Распутина, Германия выслала подводные лодки — и вот не стало величайшего героя Англии (ни одна германская подлодка «Хэмпшир» не топила, в журналах боевых действий и донесениях этого нет). А во-вторых, преемником Китченера на посту военного министра стал Ллойд Джордж. Политик из числа самых ярых врагов России. Ну а 6 декабря 1916 г. в британском правительстве произошли вдруг неожиданные перемены. Премьер-министр Асквит ушел в отставку. И Ллойд Джордж занял его место. А портфель военного министра достался банкиру Мильнеру. Одному из руководителей «Великой национальной ложи Англии» и крупнейших «спонсоров» российской революции [105].
