- Хотя ты много дней уже у нас, Пхунг, ты не понял главного в жизни даньчжинов! - громко заговорил Хранитель, и голос его умчался из кельи, дробясь о колонны и статуи богов. - А главное - Мир и Покой. Два Времени соприкоснулись! И нарушились Мир и Покой. Многие из даньчжинов стали смотреть на Чужое Время с завистью и стали говорить: "Мы поняли, что нужны люди, имеющие свое мнение". Мы начали посылать молодых людей в другие страны, чтобы они научились иметь свое мнение. Но они там гибнут или остаются, что тоже гибель. Те немногие, которые вернулись, были уже плохими даньчжинами, не могли долго жить в мире и покое, стали совершать преступления. И на них надели колодки... Теперь мы поняли: сделали ошибку. Надо вернуться в Свое Время. Пусть тэу убивают Желтого, пусть совершат другое зло... это жертва за наши ошибки. Сделав то, что им надо, они исчезнут. Мы останемся в Своем Времени. Опять наступит Мир и Покой, необходимый для веры даньчжинов.
- А что будет с теми, кто имеет все-таки свое мнение?
- Они уйдут в ваше, Чужое Время, оно для них. А если смогут жить без преступлений в нашем, пусть остаются. У нас нет к ним злобы и ненависти. Лишь бы они нам не мешали. И мы не будем мешать никому.
- Я так понял, что вы, мудрейшие и совершенные, не хотите мешать тэуранам... Вы готовы отдать им все, что угодно...
- Желтого уже не спасешь, - сказал печально Духовный Палач. - Никак. Он один остался. Не размножается. Не уходит.
- А если кто-нибудь попытается спасти Желтого? - спросил я, ерзая на циновке от нетерпения.
- Мы никому ничего не запрещаем. Пусть каждый делает, что хочет. Мы даже попробуем вернуть таким людям души, которые несомненно покинут их, когда они начнут нарушать наши законы.
- А если кто-нибудь убьет тэурана? Вы наденете на этого человека колодку?
Оба старика в замешательстве переглянулись. Все-таки я доконал их. Хранитель Подвалов, поразмыслив, признался:
- В законах даньчжинов ничего такого нет. Мы не знаем, что скажет по этому поводу Совет Совершенных. И все же мне кажется, Пхунг, убийство тэу еще больше нарушит Мир и Покой.
Уходил я от них с тяжелым чувством. Духовному Палачу сказал на прощание:
- По крайней мере, вы можете спасти Машину, которая в Подвалах. Не включайте ее. Тэу сжигают только включенные компьютеры.
Я заложил в лучший из компьютеров типовую программу на выполнение общих элементов из несистематизированного множества. Я получил изображение той штуки, которая вырвалась из джунглей и взорвалась с такими ужасными последствиями. Это был остроносый снаряд с непомерно большим крестообразным стабилизатором. А если учесть, что там была и проволока, к которой я тогда подполз, то получилось, что тэу выстрелил в нас пороховой ракетой, управляемой по проводам.
- Нечто подобное у нас имеется на складе, - сказал потрясенный Говинд. - Может, украли с нашего склада?!
Он сбегал на склад, который находился под штаб-конторой охранников, и принес что-то похожее на четыре дубины в брезентовом чехле. Я определил, что это не совсем то, о чем мы говорили: Говинд принес реактивный гранатомет американского производства, тэу же были вооружены пороховыми управляемыми ракетами вроде "мамбы", "кобры" и прочих змеиных выродков немецкого или французского производства. Говинд успокоился: значит, не с его склада.
Выяснилось, что никто никогда из гранатометов не стрелял, так как даньчжины не любят такое оружие, тем не менее я сказал, что нужно потренироваться где-нибудь в безлюдном ущелье.
- Зачем? - спросил нервозно Джузеппе. - Неужели вы полагаете, что мы пойдем в джунгли? Это же воспримут как бунт, синьор Пхунг! И без того наше положение слишком проблематично! Лично я сижу на пороховой бочке и не знаю, к какой спичке меня присудит Совет Совершенных!
- Они долго будут собираться, - успокоил я его. - И у нас появилась хорошая возможность сходить в джунгли. Хотя бы затем, чтобы отыскать ваш хомут.
- Вы издеваетесь, да?!
- Ничуть, Джузеппе. Хомут мы обязательно найдем, даже если он украшает шею тэурана.
Говинд фыркнул:
- У тэу же нет голов, а значит - и шей. Если они и носят ваш хомут, Джузеппе, то разве только на ноге?
- Да провались все хомуты на свете! - воскликнул Джузеппе, снова заводясь. - Я плевать на них хотел! Это вы, Пхунг, прирожденный раб, можете смириться с хомутом. Вон с каким удовольствием таскаете его!
- Я думаю о душе, дружище. Я ее приманиваю всеми силами.
- Без души как-то легче живется, - пробормотал он. - Вот сейчас я без хомута и без души и чувствую себя превосходно...
Меня огорчили его слова. Все чаще и чаще приходится слышать от разных людей, что без души - легче.
Говинд разглядывал трубу гранатомета. Пощелкал, ногтем по пластмассовому корпусу.
- И с этой техникой ты намерен разогнать тэуранов? - спросил он с сомнением. - Несерьезное занятие, Пхунг!
- Одними этими трубами ничего не сделаешь, - согласился я. - Но есть мысль. Нам нужна Чхина.
- Чхина?! - воскликнули они разом.
- Я не тронусь с места, - решительно заявил Джузеппе.
