"Вс шелковичныя деревья, вс тутовыя плантацiи (особенно плантацiи бывшихъ военныхъ поселенiй въ восточной Украйн) вымерли до корня. Въ окрестностяхъ Новоборисоглбска, Новосерпухова и Осиновки громадные парки шелковичныхъ садовъ представляютъ теперь сплошную массу безлистнаго, изсохшаго хвороста. Труды десятковъ лтъ погибли. Вс персиковыя, абрикосовыя и другiя нжныя плодовыя деревья въ украинскихъ садахъ также окончательно погибли: молодыя черешни, яблони, груши, сливы, вишни бигар'o, множество родовъ винограда, даже простыя деревья — блыя акацiи, маслины, даже ясени и клены…
"Украинскiй народъ говоритъ: "Плохо хлбамъ, если снгъ ляжетъ на сухую, безъ дождей замерзшую землю", и еще — "если лтнiй зной придетъ на сухую, безъ дождей зазеленвшую весну." Съ нами случилось и то и другое разомъ. Глубокiе снга въ степяхъ легли на истрескавшiяся отъ сухихъ морозовъ поля; эти снга сошли незамтно. Они таяли быстро, почти недавая воды. Народъ въ март и апрл говорилъ: снгъ уходитъ въ осеннiя трещины земли. Днемъ жарило, съ вечера до утра морозило: вотъ какая была у насъ весна! Точно воздухомъ уносило и унесло наши неизмримые снга, отъ которыхъ вс ожидали небываемаго половодья.
"И съ той поры какъ снгъ сошолъ, мы дождей вновъ не видли. Мы были въ март на сельской ярманк въ Новосерпухов. Скотъ продавался за безцнокъ. Восьмидесятилтнiй вольный поселянинъ, какой-то Архипъ Чмиль, говорилъ народу: "Не сйте много хлба, продавайте скотъ и берегите прошлогоднiе корм`a: въ этомъ году будетъ неурожай и падежъ." — Отчего? — "Въ март не было ни одного дождя; не будетъ ихъ ни въ апрл, ни въ ма." Эти предсказанiя сбылись…
"И вотъ 6-ое iюня, а надежды наши окончательно погибли. На Донъ, въ Крымъ и въ Новороссiйскiя степи, весь апрль и первую половину мая, сильно шолъ народъ изъ сверныхъ губернiй.
"— Куда идете?
"— Въ степи.
"— Зачмъ?
"— Косить траву и хлбъ.
"— Останьтесь, наймитесь у насъ.
"— Э! тамъ всегда дороже!
"— Помогай же вамъ Богъ!
"— Спасибо!
"Въ конц мая черезъ Полтаву, Бахмутъ и Екатеринославъ стали идти обратно огромныя артели устремившихся было на югъ косарей и гребцовъ. Они шли печально. У шинковъ ихъ окликали:
"— А что, братцы?
"— Да что! Идемъ назадъ…
"— Плохо?
"— Плохо такъ, что и званiя косовицы тамъ не будетъ.
"— И травы и хлба не будетъ?
"— Не будетъ ничего.
"Въ конц мая прошли слухи, что огромныя стада саранчи показались въ полтавской губернiи.
"Въ харьковской губернiи, отъ засухи, суслики или овражки, бывшiе смирными въ послднiе три дождливые года, теперь съ неимоврной злобой и алчностью стали подать молодые всходы пшеницы, овса и ячменя, ненаходя достаточной питательности въ изсохшихъ и пожелтвшихъ травахъ. Этотъ бичъ не побжденъ донын никакими премiями министерства государственныхъ имуществъ" и пр. (Св. Пч. № 167.)
Таковы дары ныншняго южнаго лта! Для вящаго раздраженiя вашихъ нервовъ мы приглашаемъ васъ заглянуть еще южне, въ Крымъ, гд эта лтняя картина оживляется проходящими по ней интересными фигурами. "Вотъ уже другой годъ — пишетъ кто-то изъ Евпаторiи "Одесскому Встнику" — какъ мы, жители Евпаторiи, видимъ передъ собою печальную картину переселенiя отъ насъ татаръ въ Турцiю и обратно оттуда къ намъ болгаръ. Первые, по дошедшимъ къ намъ извстiямъ, успли уже водвориться на отведенныхъ имъ мстахъ, а послднiе прибыли сюда изъ сверныхъ уздовъ губернiи въ числ боле 12,000 душъ и
Чт`o тутъ хорошаго, если такiя двнадцатитысячныя полчища придутъ, понюхаютъ и уйдутъ прочь!.. Но чтоже это за странное явленiе? Толпа, сдвинувшаяся разъ съ мста вкового жительства, вытсненная изъ него вковыми страданiями, бгущая и спасающаяся отъ нихъ, вступаетъ въ единоврную, радушно зовущую ее страну — и вдругъ чмъ-то оттолкнутая или испуганная, стремится назадъ въ мсто своихъ страданiй! Конечно есть какая-нибудь причина этого явленiя; но неужели она была неотклонима? Или намъ не нужны эти переселенцы? Или намъ самимъ уже тсно въ Крыму и въ Новороссiи? А сколько было у насъ умныхъ рчей о колонизацiи!
Возвращаемся собственно къ лтнимъ или точне, весеннимъ извстiямъ, но такимъ, которымъ лто должно служить продолженiемъ. Вотъ извстiе, немного запоздавшее (от 5 мая) съ востока. На Урал — пишетъ нкто г. Пакулевъ — большое несчастiе: весна едва показалась на нсколько дней, и вновь наступила самая мрачная, самая суровая зима… Холодъ и голодъ для бднаго скота, (который былъ уже отпущенъ въ табуны)… Сна невозможно купить ни почемъ: сна нтъ, его недостаточно было запасено и въ минувшее лто, потомучто въ прошлую весну была большая засуха, а потомъ во время снокоса полились дожди — и подкошеная, и безъ того плохая трава сгнила… Въ настоящее время бдный народъ, преимущественно женщины, вырываютъ изъ-подъ снга болотныя кочки, которыя потомъ обливаютъ разсоломъ и даютъ сть скоту…
