Несмотря на присутствие кошки, в доме водились мыши. По ночам, когда было тихо, не горел свет, а мы лежали в кроватях, можно было услышать, как мыши вылезают из своих дыр и бегают по деревянному полу на кухне, и, если прислушаться как следует, было слышно, как они пищат — это было так здорово. Я думал, как хорошо, что у нас в доме живут эти робкие и скрытные зверьки, я относился к ним, как к нашим собственным, домашним мышам и считал их частью нашего окружения. Да, они были воришками, им приходилось таскать себе еду, но все равно они были семьей, такой же, как наша, и поскольку они жили вместе с нами в доме, я был к ним привязан.
То и дело, ночами, прислушиваясь к возне мышей, я чувствовал, что мой брат Крикор лежит и слушает вместе со мной. Мы спали в одной комнате, и его кровать стояла рядом, так что мы лежали очень близко друг к другу; в темноте, если я не спал, и он не спал, я
Только один или два раза мы наблюдали нашу кошку с пойманной мышью. Мы видели как кошка играла с мышью и, в конце концов, ела ее, и хотя мысль о том, что у живого существа отнимают жизнь, вызывала дрожь, и очень грустно было слышать звук переламываемых маленьких костей, происходящее представлялось нам в порядке вещей, поскольку было справедливым деянием. Кошки обожают есть мышей, одна из задач которых — держаться подальше от кошек. Кошка — такое же живое существо, как и мышь, только из другого семейства и другого размера, природа наделила обоих разумом, и для кошки совершенно естественно использовать свой разум в попытках поймать мышь, и так же разумно для мыши держаться подальше от кошек. Такое мироустройство представлялось нам честным и правильным, и раз уж мышь попалась в лапы кошке, это случалось либо оттого, что кошка, движимая голодом или страстью к игре, проявила известную долю ловкости; или потому, что мышь, по причине почтенного возраста или совершенной невнимательности, не проявила достаточной осторожности, и, следовательно, кошке суждено пообедать, а мыши суждено умереть.
Едва ли иная подходящая точка зрения достойна существования, и совершенно бесполезно симпатизировать мышам, утверждая, что кошки — бессердечные грубые твари, или что они обладают неким преимуществом, поскольку, как на крути, шансы не на их стороне, и если вы перестанете размышлять в таком вот духе, то удивитесь, как вообще кошка умудряется поймать мышь. Отдавать свои симпатии мышам совершенно неправомерно и узколобо, это указывает на весьма слабое понимание законов природы и саму этику существования кошки или мыши. Я не натуралист и не знаю названия более мелких существ, на которых охотятся и коих едят мыши, но полагаю, что они охотятся и едят каких‑нибудь совсем маленьких зверьков. Если же это не так, и они питаются исключительно тем же, что и люди, то есть сыром и новыми книгами, то мыши достойны еще большего восхищения.
