Эта книга предназначена помочь нам, достигшим самого дна горя, найти в себе силы шевелить конечностями, чтобы научиться видеть дальше расставленных маяков. Познать и почувствовать, что жизнь намного длиннее проживаемого ныне отрезка. Что встреча с любимыми неизбежна, как неизбежен первый дождь каждой весной, а зима – это лишь временное явление; что законы любви и законы притяжения, как и времена года, – это одни и те же законы природы, которые не дадут нам выйти на чужой остановке и заблудиться. От элементарной частицы, что меньше атома, до гигантской звезды, от одного человека до целой Вселенной – всё связано невидимыми нитями в единое поле… Мы Будем Вместе!
Весь первый год я искал смерти. Ждал её, звал, манил, грезил ей. В Новый год я сильно напился, но ничто не могло заглушить или притупить страшную боль. Жена и дочка обнимали, гладили меня, пытаясь успокоить, но я просто выл и хрипел, потом хлопнул дверью, сел в машину и уехал за двор, чтобы по кругу, не останавливаясь, вливать себе в голову Высоцкого:
…Каким-то образом мне удалось вырваться из этого круга и оказаться дома. Помню, что я снова пил и снова выл, заказал Деду Морозу самый желанный подарок – чтобы этот год стал для меня последним – чем чёрт не шутит, мысли материальны. А потом на каком-то этапе меня осенило: я должен написать сценарий к фильму, тем более практически весь сюжет, во всяком случае, весь скелет будущего сценария стоял прямо перед глазами. Я бросился за бумагой и быстро набросал основную линию, героев, завязку и развязку. Меня реально трясло от возбуждения, что такого я нигде и ни у кого ещё не видел, что это будет след, наш общий след с моим любимым сыном, что мне можно ещё немного пожить, чтобы успеть воплотить его в жизнь. Дочка ещё не спала, и я не смог не поделиться с ней замыслом: «Саша, это круто! Сценарий возник передо мной почти целиком, и я это сделаю!»
Наутро, или на день, не помню, в общем, когда я проснулся, записок нигде не было, а я не помнил ни одной фразы и ни одной буквы из будущего сценария. Черновик пропал и, где бы я его ни искал, на глаза не попался. После праздников дочка собралась уезжать на учёбу, и я ещё раз попросил её поискать бумаги: «Может быть, я их куда-то к тебе тогда, ночью, убрал?» Никаких следов не обнаружилось. На прощание дочка сказала, что, наверное, меня так «вштырило», что я сам себе всё придумал, и не было никаких записей…
Я попытался жить дальше. Жить – это неверное слово для моего существования, я вынашивал только один план: как поскорее оказаться рядом с сыном, одновременно пытаясь вспомнить и план сценария. Я был уверен в его существовании.
Прошло около трёх месяцев, когда я затеял ревизию в своей сумке – там всегда скапливалось множество ненужных чеков и другого хлама. Так вот, выгребая всю эту дребедень, я случайно наткнулся на два сложенных листа и сразу понял, что это Оно Самое, но, развернув бумагу, просто обомлел. На одном листе было написано всего два слова – «Наши Души» – и множество волнистых линий, на другом – слов вообще не было, только те же сходящиеся и расходящиеся волнистые линии, полосы и закручивающиеся спирали.
Ещё несколько раз я бережно доставал эти листки, но ничего в них не видел. А потом наступила никчёмная и ненужная дата: мой первый за последние шестнадцать лет день рождения в мире, где не было сына. Конечно, я не отмечал этот день, я просто пил, пытаясь залить горе, но оно не имело веса и всегда оказывалось сверху. Думая, пережёвывая, в бессчётный раз перетирая безответные вопросы: «За что? Как же так? Почему он, а не я?», – я раскрыл эти листы, и всё стало ясно – я вспомнил! Не знаю и не могу объяснить таинство этого открытия, но я буквально читал эти полосы, линии, закорючки и волны. Возможно, оказавшись в таком же физическом состоянии, как в прошлый раз, на моё подсознание наложилось что-то ещё, но я схватил тетрадь и, опасаясь снова упустить найденное, набросал краткий текст теми привычными знаками, что придумали люди…
…А «просящему даётся» – это точно: раньше я никогда не болел, а тут понеслось… Думал, что не успею. Сценарий писать намного быстрее и проще, но в нём нет жизни, а у нас с сыном она была настоящей, и будет, и есть, насколько реальна любая реальность, или иллюзорна иллюзия – тут как посмотреть. В общем, написание текста держало меня на плаву, как и сны, где мы с Петей проживали свою жизнь дальше. Дед Мороз не справился с заданием – я почувствовал себя лучше и преобразовал недописанный сценарий в полноформатную книгу.
