Два часа Диего неустанно гонял нас по полю, из-за чего ноги начинали дрожать и подводить всех девочек, и меня в том числе. Загнувшись в три погибели, Донна практически откашливала слова:
– Ещё один час, и я просто не доживу до матча.
– Нет времени сопли на кулак мотать, – кивнула я, хотя жутко желала поддержать подругу. Капитан не может дать слабину, на него смотрят и полагаются остальные товарищи по команде.
– Грейс, ты – убийца.
– Обещаю, как только мы понизим самооценку этих сучек, я лично устрою для вас такую тусовку, из-за которой вы будет приходить в нормальное состояние ещё неделю.
– Тогда я должна выжить только ради такого дела, – устало кивнула подруга.
Резкий хлопок заставил замолчать всех девочек на поле, и завернуть лица в сторону Диего, награждающего каждую свирепым взглядом.
– Совсем немного осталось до последнего матча в этом году, и нам стоит собраться и сплотиться, чтобы вырвать эту победу. Лениво волочить свою задницу по полю в этот раз не получится. Либо мы их, либо нас. Я предпочитаю оставить свою задницу девственно чистой. И вы если, конечно, не экспериментировали, тоже.
Не удержав смешок, вырвавшийся изо рта, я попыталась скрыть его за кашлем, но получила вопросительно выгнутую бровь Диего, который как раз напоминает мне о заднице в любой непонятной ситуации. Получив ядовитую улыбку сучки-Бейкер, которая каждый раз язвит по поводу и без в мою сторону, я нахмурила брови, а моя лучшая подруга и поклонница Алан выдала:
– Грейс уже в восторге от задницы.
– Бейкер, ещё слово и ты будешь первой в истории, кто лишится девственности через задний проход, – процедила я.
Фыркнув, Полли отвернулась, а я довольно улыбнулась, нажав на больное. При разговоре с ней, я абсолютно не владею языком и потоком рвущихся наружу изречений. Мне плевать, будет ли ей обидно, потому что она делает то же самое. Эта взаимная ненависть, основанная на её чувствах к Алану, и на моих отрицаниях его чувств ко мне – плотно выстраивает кирпич на кирпиче. И мы скорей доберёмся вплоть до места, где уже не будет земного притяжения, чем остановим поток бранных слов и язвительных замечаний в сторону друг друга.
– Если вы обе не успокоитесь и не перестанете плеваться ядом, то я исключу из команды сразу обеих, раз и навсегда! – жёстким тоном отчеканил Диего, перемещая взгляд тёмных глаз с меня на Бейкер и обратно.
– Если она не будет открывать свой рот там, где не требуется, я согласна стать с ней лучшими подружками и меняться трусиками, – поморщилась я.
– Если ты не будешь раздвигать ноги там, где не требуется, то я согласна скрепить наше перемирие на крови, – выдала Бейкер, и только мне стало понятно, на кого намекает её гнилой язык, в то время как брови Диего съехались на переносице.
– Бейкер! Мелтон! – рявкнул Диего с такой резкостью, от которой каждая девочка вытянулась по струнке ровно, подскочив на месте, – ещё слово и обе покатитесь нахрен с поля! Я ясно изъясняюсь?
Автоматически закивала каждая голова на поле, и я уверена, что в пределах мили это сделали абсолютно все под строгим и жёстким тоном тренера.
– Это касается всех, я быстро найду замену каждой, – прохрипел он, окидывая взглядом команду, – а теперь живо в раздевалку!
Получая несколько ненавистных взглядов от сучки-Полли, и хихиканья Донны, которая повторяла наш диалог на поле раз за разом, я растирала тело ладонями, чтобы согреться. Постепенно раздевалку покинули все девочки, за исключением меня, Донны, Симоны и Бейкер. Последняя растягивала свои переодевания, словно улитка, непонятно по какой причине, а Симона лениво выползла из-под горячего душа, устроив самую настоящую паровую баню, судя по вывалившему пару вместе с ней. На несколько секунд показалось, что я на концерте рок-звезды, которая появляется из неоткуда. Стук в дверь заставил каждую встрепенуться и накинуть на себя полотенце, вслед чему на пороге появился Диего.
– Грейс, нам нужно обсудить план на игру.
– Хорошо, через минуту зайду, – кивнула я, после чего Диего удалился, вновь закрыв дверь.
Оставляя Симону и Полли в раздевалке, я и Донна покинули её, распрощавшись возле кабинета Диего. Застав самого обворожительного мужчину за эротичным покусыванием кончика карандаша в задумчивом состоянии, я еле удержала порыв кинуться на него, чтобы повторить родео на столе.
– Садись, – лениво махнул Диего в сторону стула, напротив которого расположился тактический план на предыдущие игры.
Скинув сумку на пол, я уперлась глазами в Диего, который продолжал грызть карандаш, от чего внутренности начали дрожать, и думала я уже далеко не об игре, а о столе.
– Если ты продолжишь, то я не смогу мыслить рационально, – вздохнула я.
– Ты о чём? – поднял глаза от плана Диего.
Забрав карандаш из его рук, я с грохотом положила его на стол, а губы Диего растянулись в ухмылке.
– Вот об этом.
– Ладно, есть идеи? – кивнув головой, он посмотрел на меня.
– Не знаю, если бы сейчас перед моим лицом расстелили их план, то я могла автоматически расставить всех по позициям, поэтому, я думаю, что нам придётся действовать по ситуации. Но и эта плохая идея.
– Почему?
