– Говори со мной, девчонка, – уже громче вторит он. Вены на его шее набухли, глаза заплыли кровью, а пальцы на руках вжимаются в ладонь с такой силой, что капельки крови падают на пол.
Он представляет, что давит мою шею этими пальцами.
Я передираю ножки, прижав их сильнее к груди. Он говорил мне, что страх – удел слабых. Удел тех, что не знают себе цену, не знают своё значение и не знают то, что стоит за достижение каких-либо целей. Ты боишься высоты, поэтому подвергаешь себя тому, что отказываешься от поездок в горы, отмахиваешься от предложений покататься на аттракционах с мальчиком, который давно тебе нравится. Ты лишаешь себя всего, отдавая свою плоть страху. Но я не чувствую этого, потому что единственный мой страх – это мой отец. Он хуже всего, что может представить себе любой. От одного его вида кровь в моих жилах покрывается коркой льда, а органы перестают функционировать, когда всё во мне сжимается от предстоящих пыток.
– Я н-не знаю, о-отец, – заикаясь, шепчу я.
Он закрывает глаза, шумно выдыхает, раскрывая ладони, позволяя всей крови вылиться на пол. Я разрешаю себе расслабиться, подумав, что он оставит эту затею и уйдёт, но в эту же секунду он вскакивает и возвышается надо мной. Затем его ладонь плотно примыкает к моей шее.
– Не лги мне, девчонка. Никогда не смей лгать мне. Думаешь, ты и твоя полоумная сестра умнее меня? Да вы, мать твою, мои щенки, ясно тебе это? Ясно?! Все, что заложено в твоей черепной головке – это моя заслуга. Не вашей же матери-потаскушки? Конечно, нет! Так что не думайте, что вы сможете обхитрить меня. Я всегда на тысячу шагов впереди, слышишь? Ты слышишь меня?! – с каждым сказанным словом он начинает кричать ещё громче, и к концу речи я уже зажмуриваю глаза и еле сдерживаю слёзы. Главное – не плакать. Он ненависть слёзы.
– Я п-правда не знаю, где Иви. Я была в школе, когда она ушла. Может, тебе стоит спросить Фелицию?
– Какая ты умная! Я уже спросил эту суку об этом, но она ничего не знает, потому что занималась сексом с моим водителем в подсобке. Мерзкая шлюха!
Он выплевывает ещё больше матов, а затем снова говорит со мной:
– Ты же понимаешь, что я найду её? Так или иначе, я найду её. Но сейчас ты сможешь спасти себя от участи, которую я уготовил для вас обеих. Тебе все лишь нужно сказать мне: где Иви?
– Если ты можешь найти её, то зачем спрашиваешь меня? Ты тратишь время зря, потому что я не имею понятия, где её носит.
