К возмущению и негодованию Рика, им «посчастливилось» наткнуться на деревни, где успели побывать Кровавые Скоморохи. После них живых практически не оставалось, а некогда цветущие места напоминали Седьмое Пекло. Трупы с распоротыми животами и глотками валялись на земле или висели, подвешенные в самых разнообразных позах. Было видно, что большую часть из них перед смертью пытали. Дома, как правило, сжигались. От них оставались лишь жалкие остатки с печами и каменными вытяжками очагов. Различных собак и кошек и тех, кого не принято засовывать в котел, когда есть другая еда, Скоморохи так же не щадили. Хотя зачем убивать беззащитных и неопасных тварей, Болтон не понимал.
Большая часть простых дредфортцев относилась к таким картинам вполне спокойно. Тор и Русе ворчали, что надо знать меру. Бенфред Фрей открыто возмущался и считал, что так действовать нельзя. Возможно, он говорил так не случайно и не по велению сердца. Ходили слухи, что король Робб собирается передать Харренхолл и его земли одному из Фреев.
Сам Домерик твердо знал, что такая бессмысленная жестокость приносит мало пользы. В самом начале войны — возможно. Но затем от нее одни беды.
Если не хочешь, чтобы тебя убили как бешеного пса, не веди себя как он, — как-то раз сказал отец. И Рик запомнил. В его глазах Кровавые Скоморохи весьма сильно напоминали бешеных собак, а с такими разговор короткий.
Когда Красные Клинки вернулись в Харренхолл, Рик заскучал окончательно. И даже друзья, их компания и шутки не сильно помогали. Он все сильнее хотел обратно, на родной Север. Да и предстоящая свадьба с Винафрид Мандерли часто вставала перед его мысленным взором.
От этих строк на сердце становилось теплее. Он не сомневался, что не просто нравится Вине. Нет, в такой долгой разлуке девушка успела его полюбить! Не зря же она так откровенна!
Она признавалась, что он ей снится и обещала, что покажет весь замок и всю Белую Гавань.
Такие сладкие весточки помогали ему побороть скуку, и он с улыбкой писал ответное письмо. Болтон уже давно не помнил, какое оно по счету.
Прилетел ворон от Микеля Редфорта. Его отцу, лорду Хортону, надоели любовные подвиги сына, и он решил женить его на Изилле Ройс. Свадьбу назначили через две недели. Домерик огорчился, что не сможет на нее попасть.
Наконец-то из Цитадели прислали мейстера. Им оказался невысокий и щуплый мужчина двадцати пяти лет по имени Бенджен. Он коротко стриг волосы и, как и все прочие мейстеры, носил длинное и широкое одеяние с просторными рукавами.
— Расскажи про себя, — велел ему Домерик, разворачивая рекомендательное письмо из Цитадели. Там стояло несколько печатей, а сам текст подтверждал, что конклав Архимейстеров, изучив прошение сира Домерика Болтона, направляет к нему соответствующего человека. Разговор происходил в одной из комнат башни Страха, где рыцарь жил последнее время.
— Я из Королевских земель, сир. Из Камнепляса, если вы знаете, где это.
— Знаю, не сомневайся, — ответил Болтон, откладывая письмо в сторону. — Замок принадлежит дому Масси.
— Так и есть. Но я не из этого дома, и не их бастард. Просто там, на побережье, живет наша семья. Мы — рыбаки. А я пятый ребенок. Когда я малость подрос, отец сказал, что всех нас прокормить не так-то и просто, и велел отправляться в Цитадель.
— Понятно, — протянул Болтон, еще раз осматривая молодого мейстера. Конечно, не совсем хорошо, что он из Королевских земель, с которыми Север как раз сейчас воюет. С другой стороны, все мейстеры служат не своей родине, а тому замку или месту, куда их направят. И повода усомниться в их верности пока еще ни у кого не появлялось. А то, что он из простолюдинов, его и вовсе не волновало. Среди мейстеров такое положение дел в порядке вещей. — Расскажи про свою цепь.
— Месяц назад я принял все обеты и отстоял ночное бдение в склепе. И когда пришло письмо, что на Север требуется новый мейстер, меня отправили к вам. Ведь я правильно понимаю, что со временем вы намерены вернуться в Дредфорт?
— Так и есть. Но я спрашивал про цепь, — напомнил Рик.
— Я как раз хотел о ней сказать… — Бен поддел пальцем внушительное украшение на шее и оттянул его в сторону. — Вот серебряное звено, которое доказывает, что я преуспел в медицине и лечении ран. Это — чугун. Он обозначает, что я умею обращаться с воронами. Еще есть медь, отвечающая за познание в истории, свинец, олово, платина и бронза.
— А золото? — Болтон знал, что символизирует данный металл.
