— Ты хорошо держишься, милый мой, — когда он сел, к его уху наклонилась тетка Барбри. От нее пахло легкими цветочными духами. Она и ее Барроутон являлись верными сторонниками Дредфорта. Хотя, после того, как лорд Русе вновь женился и как бы предал память о ее сестре, их отношения уже не выглядели такими безоблачными. Зато к самому Рику женщина относилась с прежней, если не большей, любовью. И уже успела заручиться его согласием, что когда подрастет ее сын, он возьмет его к себе оруженосцем.
Большой Джон Амбер, два его дяди, Смерть Шлюхам и Воронья Погибель, внук, а так же Рикард Карстарк занимали скамьи через проход. С ними находилась Сибелла Гловер. Ее муж — Робетт, ставший лордом после того, как старший брат утонул, штурмуя Ров Кайлин, отправился к Риверрану с Роббом Старком. Он сумел выжить и ныне находился в плену. Сейчас Гловеры прикладывали немало сил, решая вопрос с его выкупом.
— Тише! Тише! — леди Алисана Мормонт по прозвищу Медведица — здоровенная, коренастая, с широченными ляжками и грудями, похожими на ведра, в которые молочницы доят молоко, сохранила холодную голову. Мейдж Мормонт и ее старшая дочь Мейси погибли вместе с Роббом, и теперь Алисана считалась хозяйкой Медвежьего острова. Вот только до леди ей было так же далеко, как корове — до лошади.
Мандерли — лорд Минога, сир Вилис и сир Вендел, несмотря ни на что, заняли места рядом с Болтонами, но ближе к главному столу. Флинты из Вдовьего Дозора во всем их поддерживали.
Присутствовал здесь и старый, потерявший последние зубы лорд Ондри Локк и его старший сын Брок. Они не раз и не два роднились со Старками и сейчас недвусмысленно показывали, на чьей стороне.
Хелман Толхарт вместе с дочерью и Медред Сервин представляли тех, кто колебался. Они могли поддержать любую из сторон.
Домерик полагал, что леди Кейтилин успела поговорить со всеми — и с могущественными лордами, и более слабыми, со стариками и молодыми. Ко всем она нашла подход, ласковое слово, верный ключик, наверняка напоминая о былых победах, общих браках и славных деньках.
На прочую мелочь можно было бы не обращать внимания, если бы не Мандерли. Без них, вернее, против них, если они примкнут к Винтерфеллу, Дредфорту не с руки лезть на рожон. Домерик это понимал. Надо полагать, что и отец видел сгустившиеся тучи не хуже, а то и лучше.
— Давайте еще раз послушаем, что удалось узнать о смерти короля Робба и о том, как пал Риверран, — предложил Рикард Карстарк.
Домерик невольно подумал, что все его действия имели, и будут иметь неоднозначные последствия. Никто не знал о его даре заглядывать в будущее. Он один понимал, что предотвращение Красной Свадьбы стало поистине судьбоносным решением. На ней погибло очень много людей — король Робб, леди Кейтилин, сир Вендел Мандерли и несколько Мормонтих… Он предотвратил Красную Свадьбу, спас этих людей, а также, правда косвенно, повлиял на судьбу Рикарда Карстарка, Касселя и прочих. И именно те, кто по всем раскладам должны покоиться в могилах, прямо сейчас рьяно выступают против Дредфорта. По сути — против него самого. Поистине, пути судьбы прихотливы, а Боги любят играть в игры.
Случись
И ладно жив тупоголовый сир Кассель, что преданным истуканом стоит за плечом леди Кейтилин — с него спрос невелик. Но вместо Рикарда Карстарка здесь мог бы сидеть верный Тор — и тогда бы Дредфорт поддержал Кархолд. А без Рикона, хотя он и погиб в совсем ином месте, Винтерфел не получил бы поддержку Белой Гавани.
И хуже всего оказалось то, что живая леди Кейтилин оказалась на редкость прозорливой и хитрой женщиной. Она всеми силами старалась предотвратить даже малейшее поползновение на власть Старков.
— По всему выходит, что лорд Тарли обложил Риверран со всех сторон так, что ни один ворон не мог его покинуть, — задумчиво ответил лорд Болтон.
— А как же письма, что король получал от своей жены? — живо поинтересовался лорд-Минога.
— Все указывает на то, что они подметные. И что Вестерлинги предали короля. Именно они открыли Тарли ворота Риверрана. Без них, без предательства, такой сильный замок не мог пасть так быстро. Та награда — а они получили от лорда Тайвина развалины Кастамере и их земли — лучше всего доказывает их подлость.
— А что с Цареубийцей? — выкрикнул Брок Локк.
— Освобожден из плена. Ныне он жив и здоров.
