Домерик понял, что общение с торговцами и купцами позволяет не только узнавать цены и выяснять, что и как здесь можно продать или купить. На самом деле, они могли поделиться новостями и слухами из различных городов и портов. Удивительное дело, но ему даже показалось, что в Браавосе прекрасно знают, что происходит и в Староместе, на Железных и Летних островах, в заливе Работорговцев и в сотне других мест.
Кажется, Микель задумался примерно о том же, и уже прикидывал в голове какие-то планы.
— Слушай, Рик, может и мне попросить разрешение у отца и пригнать сюда корабль с товарами? — спросил он, когда они находились в лавке, торгующей тончайшими тканями и шелками.
— Попробуй! Почему бы и нет? — Домерик чувствовал азарт. Глядя на эти восточные товары, он словно наяву представлял далекие жаркие страны, пески, бирюзовые моря и палящее солнце. Прямо сейчас, он, не особо задумываясь, отправился бы хоть на край света.
А вот Русе и Торрхен откровенно скучали. Приключения и походы были им по сердцу. Но в торговле они не видели ничего привлекательного.
У Рисвелла, как оказалось, имелись свои резоны. Он рассказал о них чуть позже, когда они зашли в оружейную лавку. Все приценялись к мечам и другому оружию, а Русе отвел Рика в сторону.
— В Родниках никогда не было своего флота, да и мореходство у нас не в почете, — поделился он своими мыслями. — Я бы поплавал с тобой, Рик и посмотрел на новые города. Но Дредфорт стоит на востоке и перед тобой открыты все города Студеного, Узкого и других, южных и восточных, морей. Плыви, куда хочешь, да? А куда плыть нам? К этим сраным железнорожденным? Так что ну ее нахер, всю эту торговлю!
— Отец рассказывал, что железнорожденные часто плавают далеко на восток, огибая Вестерос с юга. Они привозят богатую добычу.
— Ну, может и так… Вот только слишком длинный путь получается. И моему отцу все эти морские походы вовсе не нужны. Мы занимаемся разведением лошадей, всю жизнь этим занимались и будем заниматься. И точка!
— Ладно, не унывай раньше времени. Вдруг мы что-то придумаем? Кажется, дед относится ко мне хорошо. Хочешь, я поговорю с ним?
— Отлично! — Русе просиял. — Я его сын, один из трех, а ты — единственный внук. Ты ему нравишься. Он тебя послушает.
Ближе к обеду все решили немного перекусить и остановились около небольшой забегаловки. Столики стояли чуть в стороне, среди каких-то подстриженных кустов, прямо под открытым небом.
Судя по количеству посетителей, место пользовалось неплохим спросом.
Домерик заказал себе жареную камбалу. Торрхен остановился на копченом буревестнике с морошкой. Микель решил попробовать угря, а Русе — жареную китятину. Зорни, проворчав, что «морская снедь уже в печенках сидит», взял свиную отбивную.
Один из слуг принес кувшин с вином. Болтон взяв его за горлышко, наполнив пять стаканов.
— За удачную сделку, — произнес он.
— За удачную сделку, — моментально откликнулся Дорест.
— Слышали про Короля-Попрошайку? — выпив вина и отерев губы тыльной стороной ладони спросил Редфорт.
— Нет, а кто это? — откликнулся Русе.
— Недобитый Таргариен. Его зовут Визерис. Отец рассказывал, что после битвы на Рубиновом броде кто-то из Дарри вывез парня и его маленькую сестру в Браавос. Здесь они прожили несколько лет, а потом принялись скитаться по Вольным городам.
— Я слышал так же, — поддержал его Зорни.
— А с чего его так прозвали? — спросил Карстарк. — Чего он просит-то?
— А, забавная история вышла… — Микель вновь пригубил вино. — Он с сестрой несколько лет посещал различные города и везде просил военную помощь, чтобы вернуть Железный Трон. Никто ему ничего не дал, но зато он получил прозвище.
— Король-попрошайка, — негромко произнес Русе, словно прислушиваясь, как звучат эти два слова. — Не хотел бы я, чтобы меня так прозывали.
— А кто бы хотел? — задал риторический вопрос Домерик.
— А мне вот непонятно, почему король Роберт позволяет ему шляться по Вольным городам? — поинтересовался Дорест. — Что будет, если Таргариену рано или поздно удастся-таки найти себе армию?
— Ну и что, повоюем тогда, делов-то! — уверенно ответил Карстарк.
Друзья принялись спорить, возможна или нет такая война, или Визериса можно не принимать в расчёт. Домерик промолчал. Его отец интересовался различными вещами, в том числе и тем, что происходит с последними оставшимися в живых Таргариенами. Они не говорили об этом, но юноша твердо знал, что лорд Русе держит в голове множество различных планов.
В Браавосе они пробыли три дня. Зорни умел неплохо торговаться, да и знал здесь немало полезных людей. Они продали весь товар и даже баржу — Браавос всегда испытывал потребность в дереве.
По прикидкам Домерика, прибыль получилась неплохой, примерно на треть выше той, что они бы взяли в Белой Гавани. Дорест считал так же. Перед отплытием он выдал экипажу их честно заработанное жалованье и позволил провести ночь на берегу. Всем, и матросам и солдатам, хотелось развлечься, попить местного винца и пощупать баб.
