Люди работали основательно, и вместе с тем быстро. Таможенник предупредил, что через два часа место следует освободить. В открытом море своей очереди ждала очередная галея. Судя по зеленой черепахе на парусе, она приплыла с острова Эстермонт.
— Как тебе столица, Оз? — спросил Домерик. Оруженосец восторженно крутил головой по сторонам, осматривая окружающих, корабли, дома, людей, портовые постройки и нависающую над всем громаду Красного замка. Он стоял на холме Эйгона и его башни смотрелись легко и горделиво.
— Красиво, хотя запах не очень, — ответил мальчик.
— Не очень? Скажи, что здесь пахнет как в нужнике, и ты не ошибешься, — хохотнул Рисвелл.
— Распоряжайся, — приказал Домерику отец, а сам в сопровождении Локка и лорда Редфорта, отошел в сторону. Они стояли, негромко переговаривались и осматривались, давая сыновьям возможность проявить инициативу.
— Вот что, Озрик, пройдись и найди повозку. А лучше две. Нам нужно перевезти все вещи, — скомандовал юный Болтон.
— Будет сделано, сир, — Лайтфут побежал вверх по улице, туда, где находились несколько лошадей и на зданиях виднелись какие-то вывески.
Думать о том, чтобы найти в столице свободное место или комнату в гостинице, было бы бесполезным занятием. В эти дни все дома оказались переполненными. Те, кто имел такую возможность, находили приют у родичей или знакомых. Другим приходилось выворачиваться как-то иначе.
Возможно, лорд Старк сумел бы пристроить их в Красном замке — если бы захотел и если бы Русе Болтон попросил.
Отец просить не собирался. Им пришлось отправляться на берег Черноводной выше по течению и ставить шатры там же, где их разбила большая часть прибывших рыцарей.
Кажется, еще несколько дней назад весь этот луг был совершенно пуст. Сейчас на нем буквально выросли улицы, где домами выступали различные палатки, шатры и павильоны. Некоторые выглядели настолько красивыми, что так и притягивали взор. На них хотелось любоваться.
На ветру лениво развевались флаги и знамена с многочисленными гербами. Со всех сторон слышался смех, шутки, разговоры и приказы. Ржали лошади, доносился стук кузнечного молота, а оруженосцы и простые слуги носились туда и сюда. Пахло походными кострами и готовящейся едой. Один из рыцарей сидел на походном стуле около коновязи и перебирал струны арфы. Он кивнул им, хотя они его и не знали.
Свободное местечко нашлось в самом конце этого палаточного городка. Оно оказалось в ярдах восьмидесяти от воды, под тенью внушительных буков. Полянка оказалась свободной, но едва они ее заняли, как выше по течению какой-то рыцарь из Дорнийских Марок приказал ставить свою палатку.
Лорды Редфорт и Болтон заняли один шатер на двоих, а Домерик, Русе, Микель и Джон — другой. Для Хокка, Дореста и прочих предназначалось третье жилье, не такое большое и удобное. Слуги расставили все за два часа.
Справа, за отцовским, стоял шатер кого-то из Стонтонов из Королевских Земель. За ним расположилось временное жилье сира Мертинса с вышитыми белыми клиньями.
Для участвующих в турнире рыцарей оруженосцы выставляли щит с гербом владельца у входа. Так же поступил и Лайтфут. Рядом с бордовым шатром Домерика мальчик последовательно укрепил щиты с кровавым человеком Болтонов, конскую голову Рисвеллов и красный замок на белом фоне — герб Редфортов.
У многих палаток стояло по два, три и даже больше щитов.
Они успели вовремя. Уже завтра начинался турнир. Домерик отослал Озрика, чтобы сообщить распорядителю турнира их имена и внести в список. Весь тот вечер они провели в огромной бурлящей толпе, которая гуляла на еще одном лугу, находившемся с другой стороны ристалища.
Тут и там горели костры, пели менестрели и барды. Запах готовящейся пищи доносился со всех сторон. Звонко и счастливо смеялись женщины.
Утром турнир начался. Рыцарь за рыцарем выезжали на ристалище. Каждого встречал рев трибун и крики многотысячной толпы.
Первыми, на великолепных скакунах, двигались королевские гвардейцы в чешуйчатой броне молочного цвета. Их белоснежные плащи полностью покрывали конские спины.
За ними двигались богатые и влиятельные лорды. Сотни ясеневых копий с вымпелами, бахромой, цветами, привязанными женскими платками или шарфами поднимались к небу.
Ренли Баратеон и Лорас Тирелл находились в первом ряду, бок о бок. Их доспехи и облачение казалось невероятным и настолько богатым, что многие зрители изумленно притихли и лишь провожали рыцарей восхищенным взглядом.
Следом гарцевали Редвины, Престер, Пайпер, отец и сын Маллистеры, два брата Ройса, Дондаррион, Фреи, Сантагар, огромный Григор Клиган по прозвищу Скачущая Гора из Западных Земель и бесчисленное множество других рыцарей, простых всадников, сквайров, сыновей знатных лордов и наследников малых домов.
