— Я был бы рад отправиться на новой галее на восток и попробовать отыскать новый меч для нашего дома, — улыбнулся Домерик. В его голове встали заманчивые картины — дальние страны и города, походы, приключения и добыча, красивые женщины, схватки и слава. И меч из валирийской стали. — Но сейчас все непросто. Ты же сам говорил, что дело идет к войне.
— К этому я и веду, — отец отвернулся от войск и заглянул ему в глаза. — Каждая война — возможность. Возможность возвеличить свой дом и свой род. А еще война это угроза все потерять.
— Понимаю…
— Ты допустил ошибку, позволил Рамси сбежать. И ты неправильно повел себя с Роббом. Прояви ты больше терпения, и он мог бы считать тебя если и не другом, то хорошим товарищем.
— Я старался, отец. Честно, старался.
— Я знаю это. И я горжусь тобой, — Домерик опешил, когда отец дотронулся до его руки. Он говорил, и в его словах чувствовалось уважение. И такое парень слышал не часто. Фактически, второй раз в жизни. — Давно у Болтонов не было такого сильного наследника. Ты хорош. Действительно хорош. Уже сейчас Север говорит о тебе.
— Правда?
— Правда! Вот только не позволяй тщеславию размягчить тебя. Не слушай глупцов и льстецов. Иди своим путем. Не торопись, и я уверен, мы с тобой сможем вернуть нашему дому былую славу, — и он неожиданно, резко, без всякого перехода переменил тему. — Скажи, как ты относишься к жестокости?
— Если и проявлять ее, то лишь для достижения цели, а не просто так, не для развлечения.
— Хорошо! — в голосе отца звучало удовлетворение. — Это правильно. Ты так и должен поступать, и не колебаться, когда придет время. Власть тяжело взять, и еще тяжелее удержать. Нас окружают те, кто чуют слабину так же хорошо, как гончая чует свежий след.
— Я понимаю. Но, к чему ты все это говоришь?
— Пока ни к чему, — отец пожал плечами. — Но нам пора закладывать основу будущей силы. Союз с Мандерли выглядит наиболее перспективным. Я начинаю склоняться к тому, чтобы согласиться на твою помолвку с Винафрид. И ты должен остаться другом для Торрхена Карстарка.
— Я рад этому, и с Торрхеном, думаю, все будет хорошо, — Домерик улыбнулся. Странно, но такая новость его не сильно взволновала. Все к этому и шло. И Вина казалась достойной леди, красивой и непорочной. И все же, наряду с некоторым облегчением от решения вопроса, он почувствовал небольшую горечь. Ему даже показалось, что он предает Алис Карстарк. И еще одну девушку. — Но ты же знаешь, что я познакомился с принцессой Мирцеллой?
— Недостижимая цель, — отец покачал головой. — Сейчас, на пороге войны, все резко изменилось. Глупо думать о таком. Если уж лорд Старк отказал в помолвке с Сансой, то и король Роберт наверняка желает для единственной дочери более высокой судьбы.
— Наш род ничем не уступает прочим! — горячо воскликнул парень. Обида затопила его сердце.
— Мы не такие богатые, как Хайтауэры из Староместа, Редвины с Арбора, Тиреллы или Аррены. Да и несколько других домов выглядят сильнее. Тем более, кто захочет отправлять любимую дочь на холодный и мрачный Север? Королева Серсея так точно постарается всеми силами подобного не допустить.
— Значит, мне стоит забыть о Мирцелле? — в глубине души рыцарь и сам понимал, что так будет лучше всего, вот только не хотел этого признавать.
— Да. Впрочем… — отец замолчал.
— Ты не хочешь торопиться, — догадался парень.
— Правильно. Посмотрим, как все сложится, и не будем принимать никаких решений. Так что не вздумай даже Русе пересказывать наш разговор.
— Понимаю, — Домерик ждал, что же еще скажет отец, но он задумался. А потом стегнул коня и поскакал вперед.
Казалось, Винтерфелл ничуть не изменился за прошедший год. Хотя, почему казалось? Так оно и было на самом деле. И когда строй дредфортцев заходил в ворота замка, юный Болтон понял, что все осталось, как и раньше.
Но это касалось стен и башен самого замка. А вот люди изменились. Лорд Эддард отсутствовал, также как и леди Кейтилин и тот пузатый, с бакенбардами, мастер над оружием. Домерик запамятовал, как его зовут. А еще не было Сансы и Арьи, а в Великом Чертоге посередине высокого стола сидел Робб Старк. Он и встречал гостей.
Лорд Болтон неторопливо прошел по каменным плитам. Сразу за ним шли Домерик, Русе, Железные Икры и Хокк Локк.
Робб Старк изменился, и это сразу бросалось в глаза. Ему еще не исполнилось шестнадцати лет, но выглядел он старше. Он повзрослел и возмужал, начал отращивать бородку, плечи его стали более широкими, а взгляд приобрел некоторую твердость.
По правую руку Робба находился Бран Старк в колете с богатой вышивкой на груди. Домерик уже знал его печальную историю. Об этом в войске немало говорили. Во время приезда короля Роберта мальчик упал с башни и сломал спину. Люди стали называть его Браном Сломанным. Многие считали, что он никогда не сможет ходить. Слева от Робба Теон Грейджой чистил кинжалом ногти, а за ним откинулся на спинку стула мейстер Лювин. Старик, кажется, давал советы.
