Наши клинки остры! полностью

– Завтра я отвечу, – сказал Болтон, прежде чем Ланнистер переступил порог. Он увидел, как в глазах Беса зажглась надежда. – Завтра ты услышишь мое слово. Тебе же его перескажут?

– Да, – ответил Варис. – Я передам от вас весточку.

– Спасибо, – услышал Болтон тихий голос, прежде чем захлопнулась дверь.

Домерик не спал всю ночь. Одна мысль все отчетливей заслоняла прочие – Бес прав. Каждый прожитый в камере день приближает смерть Винафрид. Или то, что еще хуже. Он должен постараться как можно быстрее вырваться из замка. Должен приложить все силы. Нужно рисковать, а не сидеть сложа руки.

Болтон даже заскрипел зубами от бессилия. Невеста попала в плен из-за него, а он ничего не делает. И если он не решит сразиться с Горой, то все будет напрасно, и он не успеет. Всё будет потеряно.

Тем более, если он согласится, его выведут наружу, дадут оружие и доспехи. Там у него появится шанс сбежать. Или красиво умереть. А Гора… Да, это чудовище его по настоящему пугало.

– Я не так часто молюсь вам, Старые Боги! – его голос зазвучал в ночной тишине. – Прошу вас, помогите мне и дайте ответ. Помогите разобраться в видениях и в будущем.

Никогда раньше Домерик не молился старым Богам с таким настойчивым желанием быть услышанным. В ту ночь он просил их, или того, кто посылает ему эти видения, прийти на помощь и показать будущее более ярко и отчетливо. Он просил помощи… И он ее получил.

Это был полусон, полуявь. Он четко осознавал себя в камере Красного замка и одновременно видел нечто другое – иную вероятность, в которой Оберин Мартелл Красный Змей сражался с Григором Клиганом по прозвищу Гора. Всего несколько мгновений, картины сменяли друг друга с какой-то невероятной скоростью, но он понял, как сражался принц Дорна и как погиб – уже победив. Он увидел, как можно одолеть Клигана. Пройти по тонкой грани между жизнью и смертью, вцепиться в единственный шанс, получить своё и вырваться из замка.

Утром он вызвал лорда Вариса.

– Передайте Тириону – я согласен.

Болтон думал, что его уже ни чем не удивишь. Он ошибся. Судя по всему, его желание умереть за Тириона Ланнистера вызвало серьезный переполох в Красном замке. На следующий день к нему пришёл новый гость.

Дверь открылась, впуская высокого и мускулистого лорда. А то, что он лорд, угадывалось сразу и безошибочно – по богатому длинному камзолу, сапогам с каблуком и загнутым мысом, по шелковой рубахе, по широкому кушаку и золотой цепи на шее.

Черные волосы, острый орлиный нос, карие глаза и южный загар. Дорниец, предположил Болтон. Человек осмотрелся по сторонам и щелкнул пальцами – тюремщик сразу же с поклоном поставил ему трехногий табурет.

– Сир Болтон, – гортанный голос гостя отринул последние сомнения о его происхождении. – Я Оберин Мартелл, принц Дорна.

– Рад знакомству, – Домерик встал с кровати. Ему уже доводилось беседовать с принцами. С Джоффри на турнире десницы, с Мирцеллой… И конечно, дружба с Арьей – а ведь она полноценная принцесса. Ещё он видел короля Роберта Баратеона и Робба Старка. Так что нет смысла показывать сильное почтение. – Простите, что не могу принять вас согласно вашему статусу.

– Значит, вы решились сражаться за Беса? – Оберин никак не отреагировал на шутку. Он сел, закинув ногу на ногу. Его колючий и внимательный взгляд буквально уперся Болтону в переносицу. Казалось, Мартелл хочет в нем что-то разглядеть. Что-то такое, что его заинтересовало. То, что привело сюда, в эту камеру.

– Да.

– Вам известен его противник?

– Да.

– И все же вы согласны пойти на такой риск? Почему?

– Мне нечего терять.

– Жизнь – самое большое, что есть у всех нас. Вы не боитесь поставить её на кон?

– Боюсь, моя история слишком длинна и скучна, чтобы я хотел ее рассказать. Я просто сказал «да». Вот и всё.

– Мы – совокупность наших поступков, хороших и не очень. После останутся лишь они. Это и будет памятью о нас в чужих сердцах, – Оберин сложил вместе указательный и средний пальцы и потряс ими, направив на рыцаря. – Меня впечатлило ваше мужество.

– И меня, – признался Болтон. Собеседник заинтриговал его. Интересно, он тоже пришел, чтобы что-то предложить? Последняя мысль вызвала улыбку, не укрывшуюся от Мартелла.

– Что вас смешит?

– Вы знаете, лишь в тюрьме я понял всю значимость собственной персоны. Никогда раньше так много влиятельных и знатных людей не жаждало поговорить со мной. Вот и вы, принц, пришли.

– Всё просто – я сам хотел сразиться с Горой. Я собирался пойти и сообщить об этом Бесу, как вдруг весь Красный замок потрясло известие – сир Домерик Болтон, Красный Клинок, согласился драться за Тириона Ланнистера. Об этом с милой улыбкой сообщил Паук на заседании Малого Совета. Видели бы вы лицо королевы и десницы! Думаю, что Серсея сразу же захотела вас отговорить, перекупить или убить, – добавил он со смешком.

– Что? – Болтон от неожиданности поперхнулся. С такой стороны вопрос участия в поединке он не рассматривал.

– Королева очень хочет убить своего братца-карлика. Она бы и вас смела с доски. Не глядя, как фигурку кайвассы.

– Но я всё еще жив.