- Софи, нельзя приставать к незнакомым людям, ты ставишь их в неловкое положение, - Оливия обернулась, смотря на высокую женщину, - простите ее.
Но лишь улыбнувшись Оливия отпустила девочку, и та побежала в глубь зала крича звонким голоском:
- Я хочу быть летающей тетенькой.
Оливия рассмеялась, провожая девочку и женщину взглядом. Когда -то она тоже имела эту мечту.
Она вновь обернулась к окну, смотря вниз, но на земле уже никого не было.
Поднявшись на борт самолета, девушка прошла на второй этаж в бизнес-класс к самому последнему креслу. Именно к тому, где сидела в прошлый раз. С Даниэлем. Сегодня она его пассажир. Какого лететь с таким пилотом? Оливия выругалась про себя за глупые мысли. Обычный пилот. Они все одинаковые.
- Можно сесть с тобой? - Спросила Нина и села рядом. Зачем было спрашивать? Но Оливия обрадовалась такому соседству:
- Учти, я буду спать.
- Не переживай, я тоже, - Нина застегнула ремень безопасности и прошептала- я слышала, что при авариях находили тела, разрезанные пополам ремнями безопасности.
- А знаешь зачем нужны спасательные жилеты? Что бы спасателям легче было находить трупы в воде.
Девушки засмеялись во весь голос. Полет обещал быть веселым. Нина начала щебетать, красочно рассказывая историю съемок. От самого начала до самого конца. В какой-то момент Оливия даже пожалела, что отказалась от них, но только на секунду. Потому что в следующую секунду она вспомнила, что Даниэль подло отказался от них тоже, передав это право Марку.
- Какая разница- Марк, Даниэль, - продолжала Нина, - конечно Даниэль статный пилот и красивый мужчина, но Марк ничуть не хуже.
Оливия взглянула на подругу. Марк даже лучше. Она даже не представляет насколько. Но она осознавала тот факт, что, если бы согласилась на сьемку и придя, увидела Марка вместо Даниэля, ее бы это очень разозлило. Но вслух сказала:
- Любого мужчину одень в форму пилота, он будет выглядеть красиво, поэтому не вижу разницы.
Обе девушки посмотрели на сидящего слева Марка:
- Раньше я хотела выйти замуж на пилота, - вздохнула Нина.
- В чем дело? - Засмеялась Оливия и толкнула ее в плечо, - выбирай любого, их на этом борту целых четыре.
- Теперь не хочу замуж за пилота, - муж в небе, и я в небе. И что за семейная жизнь получится?
Оливия об этом редко думала, полагаясь на судьбу. Если суждено быть вместе, то какая разница, летает он в небе или работает грузчиком. Если это настоящая любовь, то найдется и способ для совместного счастья. Такого, как было у ее родителей.
Из раздумий ее вывел знакомый голос, шелком коснувшись слуха:
- Уважаемые, Леди и Джентльмены, говорит капитан Даниэль Фернандес Торрес, мы рады приветствовать вас на борту нашего авиалайнера по маршруту Шанхай - Дубай. Через несколько минут мы взлетим. Полет пройдет на высоте 39 тысяч футов и займет 10 часов 10 минут. Прошу пристегнуть ремни и не расстегивать их до выключения табло в целях вашей безопасности. Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию и желаю вам приятного полета. Экипажу приготовиться к взлету.
странным слышать его голос и лететь пассажиром. Странно и приятно. Оливия закрыла глаза, откинувшись на спинку сидения и руками скользя по ремню безопасности, ощущая его холодную железную пряжку. Она села на неудачное место- в середину салона. Глупая, надо было возле окна, чтобы любоваться глазами, а не только чувствовать вестибулярным аппаратом момент давления после отрыва.
Интересно, а что испытывает Даниэль, поднимая самолет в небо? Чувство восторга от действия адреналина? Или он автоматически делает это? Но она никогда не узнает ответа, потому что никогда не задаст ему подобный вопрос. Но она может спросить у Марка. Толкнув Нину в бок, Оливия прошептала:
- Спроси у Марка, что он ощущает, когда управляет самолетом при взлете?
Нина, хлопнув большими ресницами, не сразу осознала, что от нее требуется, но подумав пару секунд, повернулась к Марку:
- Что ты чувствуешь, когда взлетаешь?
Оливия выглянула из-за подруги, слегка подавшись вперед, слушая ответ. Может это было безумием, но она хотела его знать. Он удивленно взглянул на обеих девушек:
- Когда работаешь, мало думаешь о чувствах. Взлет - ответственный момент полета, мне надо не забыть сделать много важного, без которых самолет просто рухнет: двигатели, закрылки, шасси, связаться с диспетчером и слушать его. Как вы думаете, у меня есть время на свои ощущения?
Оливия поморщилась от его ответа. Пилоты слишком черствые для каких-либо чувств. Они и правда думают только о работе, абсолютно не замечая действительности. Она одновременно понимала Марка и осуждала его. А может быть, из-за того, что им приходится часто взлетать, они утратили способность ощущать это душой?
