Дорога заняла пол часа до отеля. Девушка задумчиво смотрела в окно, рассматривая проносящиеся мимо высокие здания, проезжающие мимо машины, людей, которые не подозревали о том, что стали на секунду центром ее внимания. Вновь и вновь мелькали знаки запретов. Запрет на жевание жвачки, запрет на лов рыбы, запрет на бег, запрет на хождение босиком. Это город — страна, где запретов было больше, чем жителей. Она не смогла бы жить в таком городе.
Смех в салоне автобуса отвлек ее от мыслей об этом странном городе и центром внимания теперь стал разговор Марка и Келси. Они решили направиться гулять по маленькой стране — большому городу всем экипажем.
— Запрет на лов мышей, — засмеялась Нина, тыча пальцем в окно.
— Запрет на хождение по улицам в голом виде? — Джуан буквально навалился на стекло окна, — как жаль, как раз хотел пройтись голым.
Все засмеялись и Оливия, улыбаясь посмотрела на Даниэля, сидящего рядом с Марком сбоку от нее. Улыбаясь, он крутил в руках телефон, видимо, желая сфотографировать весь этот бред.
От вида телефона в его руках, Оливия занервничала и тут же отвернулась.
— Уважаемый экипаж, — громко произнес Марк, — прошу вашего внимания!
Все умолкли и стало непривычно тихо, лишь мотор машины тарахтел, нарушая идеальную тишину.
— У нас есть время, чтобы прогуляться по самому необычному месту на планете— Сингапуру. Я думаю, вы со мной согласны?
Вновь возгласы и мотор автобуса уже не слышно.
— Отлично! Капитан отпускает нас, поэтому, кто идет, жду вас в холле гостиницы через час.
Впервые за четыре месяца работы им выдалась отличная возможность увидеть хоть одну страну, в которую они прилетели. Оливия уже готова была бежать по улицам этого города и, радуясь, нарушать запреты. Но резкая боль в голове напомнила о себе и девушка, поморщившись, коснулась пальцами виска.
— Ты никуда не идешь, — произнес Даниэль, наблюдавший за ее радостью, а потом болью, — выполняй распоряжение врача.
— Ты случайно не служил в армии? — Позлилась она, — отдаешь приказы, как войску. Я не собираюсь просидеть в отеле весь вечер, зная, как прекрасно вы все вместе проводите время.
— Я тоже не иду, Оливия. Мне надо готовиться к завтрашнему полету. Ты будешь отдыхать, я буду работать. Это тебя устроит?
Грустными глазами девушка обвела счастливые лица людей. Она завидовала им, ненавидя себя за то, что ударилась. Пытаясь ненавидеть Даниэля за его решение, но почему-то не смогла:
— Я все равно не люблю запреты, — тихо сказала она, — мне постоянно хочется их нарушать.
Даниэль улыбнулся, крутя в руках телефон и слегка наклонившись к девушке прошептал:
— Я тоже, поэтому нас не берут.
Она надеялась, что это шутка, но доля правды все-таки была в ней. Девушка поймала себя на внезапно пришедшей мысли, что рада остаться с ним в отеле. Но ее до чертиков напугала близость к нему. Надо попросить номер на несколько этажей выше от его номера, желательно в другом отеле, на другой улице, а лучше в другой стране или лучше всего— на другой части света. Так она убережется от своего желания, возникающее при мысли об этом мужчине.
У стойки регистрации в отеле, девушку подбадривали Нина и Мирем, в один голос утверждавшие, что Сингапур не то место, где можно спокойно расслабиться, гуляя. Оливия кивала им, в душе смеясь над причинами, придуманными для ее успокоения. Незаметно для всех, ее взгляд был устремлен на мужчину, в форме капитана, стоящим сбоку от нее. Он получал ключ от номера, расписываясь в журнале регистрации отеля и Оливия увидела цифры, желая их тут же стереть из своей памяти. Они были слишком просты, чтобы их забыть. Всего лишь три цифры — три, восемь, ноль. Цифры его же самолета.
Как по заказу всевышнего, девушке вручили ключ с такими же цифрами, только с разницей в одну. Зачем она встала в очередь за Даниэлем?
Крепко сжимая ключ в руке, она пошла к лифту, понимая, что он один на двоих. Даниэль нажал кнопку вызова лифта, и он тут же распахнул свои двери, приглашая внутрь в тесные объятия маленького пространства.
— Третий этаж, — произнес Даниэль и нажал кнопку. Двери захлопнулись, и Оливия вздрогнула, оставшись один на один с тем, с кем меньше всего ожидала, — я пока не собираюсь спать, поэтому если почувствуешь недомогание, ты можешь прийти.
Даниэль выдохнул, сказав эти слова, смотря на двери, в ожидании, когда они откроются. Слишком тяжело стоять с той, которая не дает покоя его телу и мыслям. Он не знал, зачем сказал это. Оливия Паркер даже если будет умирать никогда не придет за помощью.
— Можешь не переживать, я чувствую себя превосходно, — такого ответа он и ждал, надеясь, что так и будет.
Двери лифта распахнулись и воздуха стало больше. Оливия быстро прошла к своему номеру, открывая двери и слыша, что сзади нее Даниэль так же быстро пытается уйти, вставляя ключ в замок. Его номер находился напротив ее номера. Так близко, что захотелось разделить отель на две части, ломая пополам.