Думая об этой близости, рука девушки дрогнула, чуть не выронив ключи. Но преодолев барьер из обычной деревянной двери, она зашла внутрь и захлопнула ее слишком быстро, не желая больше думать об этом мужчине. Находиться в одном самолете, в одном отеле, на одном этаже, — стало тесно и эта теснота не давала ей нормально думать и дышать. Ее тело горело, мозг плавился, уже ничего не понимая. В мыслях стояла лишь одна картина— напротив от ее номера, через узкий коридор, находился тот, кого она желала всем телом.
Даниэль поставил чемодан в прихожей, на ходу снимая зажим в виде золотого самолета и развязал галстук, который сдавил его горло. Скинув пиджак, его пальцы растягивали пуговицы на рубашке и желание было одним— холодная вода. Как можно больше тонн холодной воды на его горячую голову.
Он так и сделал, полностью встав под холодный душ, ощущая покалывание во всем теле. Так и надо его проклятому телу за похоть, которую оно заставляло его испытывать.
Холодная вода медленно приводила его в чувства, заставляя тело замерзать. Но лучше чувствовать зябкость на коже, чем пожар внутри себя. Он пытался потушить пламя и жар до тех пор, пока они не покроются льдом.
Совсем замерзнув, он наконец отключил душ, не спеша выходить из душевой кабины. Вода ледяными каплями стекала с его тела и завершала охлаждение, заставляя Даниэля мучиться от холодной пытки. Последняя капля завершила этот процесс, делая сознание ясным, а голову холодной. Теперь его мысли понеслись в обычном русле проблем связанных с работой. Он не сдал экзамен и стоило кинуть все силы, чтобы исправить эту ошибку.
Выйдя из ванны, Даниэль оделся, решив не застегивать пуговицы на рубашке, что бы не согреваться и включил ноутбук, но стук в дверь заставил его тело покрыться мелкой испариной. Он еще помнил свои слова, сказанные Оливии— она могла прийти, если почувствует недомогание. И хотя маловероятно, что она окажется в его комнате, в глубине своего сознания он все-таки ждал ее.
Даниэль открыл дверь, видя на пороге Марка, испытывая легкое разочарование.
— Мы уходим в город, может ты передумаешь и пойдешь с нами?
— Я сегодня достаточно нарушил законов, не хочу связываться с полицией.
Марк засмеялся, махнув рукой и пошел к лифту:
— Увидимся на завтраке.
Усмехнувшись, Даниэль закрыл двери, вновь оставшись один. Его так измотали последние два месяца, что он хотел просто остаться наедине с собой. Дома это мало удавалось, он разрешил Марку жить в нем пока не найдется покупатель. Он надеялся, что это случиться уже очень скоро. Люди, приходившие смотреть виллу, были недовольны лишь только ценой. Но найдется человек, который с радостью выложит за него кругленькую сумму. Даниэль был в этом уверен.
Оливия смотрела на себя в зеркало, стоя в ванной комнате. Она содрала пластырь, который доктор поменял на новый, отдирая его вместе с волосами и стиснув зубы от боли. Но ей больше не хотелось быть жертвой, хотелось забыть про последствия своего падения.
Закутанная в белое махровое полотенце, она легла на кровать, раскинув руки в стороны, наслаждаясь отдыхом и тишиной. Лишь шум кондиционера напоминал ей, что она в реальном мире. Надо было встать и одеться и пересилив себя, лежа, Оливия просунула руку в чемодан, вытаскивая оттуда черный кружевной бюстгальтер со вставками из натурального шелка:
— О, нет, — простонала девушка, садясь на кровать. Она теребила его в руках, не зная зачем взяла. Но все было просто и ответ сам возник у нее в мыслях, вновь обдавая жаром ее тело. Она хотела Даниэля Фернандеса и думала об этом перед рейсом.
Она думает об этом мужчине слишком часто, ее уже выворачивает наизнанку от мыслей о нем. Что сделать ей, чтобы перестать желать его и думать о нем, вспоминая ту ночь?
Оливия встала с кровати, уже злясь. Она прошла от окна к двери, в руках сжимая шелковую ткань. Сейчас есть повод ненавидеть Даниэля Фернандеса, но вместо ненависти теперь желание его обнять. Можно ворваться к нему в номер и высказать все, что накипело внутри за эти три месяца. Можно его обвинить во всем этом. Можно все. Но желание останется тем же. Она будет его хотеть в самолете, в автобусе, в аэропорту, в гостиницах, в Риме, в Сингапуре, в Дубае, в Лондоне, по всему миру, на небе и на земле. Этот мужчина видимо обладает магией, что заставляет ее тело скучать по нему.
А ее тело скучало. Оно ныло и его ломало, где — то внутри что — то загоралось, щекоча внутри живот. И Оливия не выдержала, понимая, что выход только один. Ночь, которая была ошибкой, стала началом чего — то нового. И это новое страшно ее пугало.
Она одевалась с одной единственной мыслью, что сейчас пойдет к Даниэлю. Она сделает это. Остальное не ее проблемы. Пусть он сам решает, что с этим делать. Он может разозлиться и выгнать ее, указывая на дверь, но так даже будет лучше. Может быть хоть он в здравом уме. Она надеялась на это.