— Они забрали его. — Перекричав спокойный голос мужа, Санса Болтон взвыла. Она старалась сдерживаться, но материнское горе оказалось куда сильнее учтивости леди. Посыпая голову пеплом, девушка вновь застонала. — Они забрали моего мальчика!!! Они обещали, что отберут его у меня! Они обещали… Обещали, что отомстят за Грейджоя. Рамси, они забрали твоего сына! Моего ребенка. Это они! Это они… Будь они прокляты… Рогар. Рогар… — твердила она без устали, и бастард крепко прижал ее к своему плечу, стараясь усмирить женскую истерику, все же мысленно похвалив ее за все сказанное.
— Тщ. Милая… Мы его найдем. Не волнуйся. Они еще за это ответят.
— Нужно срочно выслать людей. Железнорожденные не могли далеко уйти. Я вышлю письмо своим людям в Темнолесье. Вороны быстрее. Они перехватят их, — кивнул головой лорд Гловер, страдавший от выродков с островов всю жизнь, и, заметив одобрение в глазах убитого горем отца, приготовился идти прочь, но остановился.
В зал вошли люди.
— Леди Баратеон! Тут посланник из столицы, — прокричал какой-то невысокий мужчина с реденькой бородкой. Арья, прижимавшая к себе Бальтазара выпрямилась, однако послание предназначалось не ей.
Кутавшийся в дорожный плащ мужчина, не знавший о произошедшем, недовольно оглядел смятенных обитателей Винтерфелла. Чужака не замечали, и, пользуясь общим замешательством, он внимательно смотрел на людей, изучая их. На одном мужском плече он заметил рыжую голову и припомнил песни, сложенные о красавицах Вестероса. Говорили, что «волосы одной девушки подобны лунным нитям. Вторая же горит огнем, и в том огне грех Дьявола не виден». Широко расставив затекшие от седла ноги, посланник заговорил, и голос его звучал громко и четко.
— Леди Болтон… — дождался он, пока на него посмотрит Черная леди. Санса, видевшая его сквозь дымку слез, вжала голову в плечи. Беда не приходит одна — единственное, о чем она сейчас подумала и, ожидая услышать какого-то ужасного приговора, вцепилась в грудь мужа. — Именем Дейенерис из дома Таргариенов, именуемой Первой, Неопалимой, Королевой Андалов, Ройнар и Первых Людей, Великой Кхалиси Дотракийского Моря, Разбивающей Оковы, Матерью Драконов и королевой Восьми королевств… — мужчина вытянул освобожденную из кожаного футляра грамоту. На скрученном пергаменте чернел крупный сгусток застывшего сургуча, блестящего и не сломанного. — Санса Болтон, леди Дредфорта, Хорнвуда и Последнего очага, из дома Старков… Королевским приказом вы назначены Хранителем Севера и поверенной королевы Дейнерис и наследного принца Джона Таргариена. С этого дня вы представляете власть королевы и вершите ее правосудие. Каждый, кто посмеет возразить воле ее величества будет объявлен предателем короны и казнен как предатель…
Мужчина покорно склонил голову. В зале повисла тишина. Многочисленные свидетели похищения маленького лорда Болтона, еще более сконфуженные от королевской воли, стояли, раскрыв рты, не зная, что сказать, а назначенная Хранительница понуро опустила голову. Мысли ее были не о полученной власти, а потерянном ребенке, и, вспоминая о том, что Рамси сотворил с Теоном, она в ужасе кривила губы, понимая, какая участь постигнет, а то уже постигла ее маленького кудрявого голубоглазого мальчика.
— Что? — переспросил Черный лорд, оставляя жену со своим горем наедине.
В несколько шагов бастард преодолел расстояние, отделявшее его от посланника и недоверчиво выхватил из его рук пергамент.
Треснула печать. Теперь неожиданность на лице Черного лорда была искренней, и, прочитывая аккуратно выведенные слова, он, поджимая губы, сетовал на все сразу — на несвоевременность, на странный королевский указ, помешавший представлению, разыгранному под крышей Винтерфелла, и даже на жену, которая не могла не знать о подобной королевской воле. Тут же он припомнил, что в Королевской гавани драконья королева имела разговор с Сансой. Тогда он все списал на какие-то бабские болтовню, даже не поинтересовавшись, а теперь понимал, что, видимо, «красавицы» о чем-то тогда договорились… Не сказав ему ни слова!
— Леди Болтон… — заговорил лорд Карстарк, отвлекая изумленных людей. — Вы теперь… Хранитель Севера.
Воодушевленный мальчишка вытащил меч из ножен. За ним последовали какие-то солдатики, не менее молодые и столь же несмышленные. Лорд Гловер смотрел на лорда Болтона, и, нахмурив лоб, о чем-то думал. С присягами и клятвами он решил пока повременить. Арья подошла к ненавистному зятю, стараясь прочесть королевскую грамоту через бастардское плечо. Санса не слышала, не видела. Точнее слышала, но смысл слов до нее доходил задним умом, и, поглощенная пропажей ребенка, она внимательно смотрела в глаза мужу. Вновь она покачнулась, ища поддержки, и кинувший грамоту Киршу лорд Болтон вновь взял ее под руки, уговаривая не печалиться.
