Невил Пайк не сводил с нее глаз, все так же оглядывая рыжеволосую хозяйку Дредфорта с ног до головы. Глаза у него были светлыми, почти бесцветными и в вечерний час казались прозрачными как у рыбы. Шапка темно-русых волос, разделенных пробором, была зачесана назад, оголяя углы залысин на лбу. Лицо у него было треугольное и длинное, и прямой длинный нос вытягивал его еще больше. Он задрал голову, отчего острый кадык резко вышел вперед, чуть не прорвав шею. Он загадочно улыбался, широко растянув тонкие губы, и девушку поразила неприятная догадка.
— Обвинения в адрес моего супруга ваших рук дело? — вдруг сказала Санса.
— Моих?! Ну что-о вы! Я и мухи не обижу, — посмотрел он себе на руку и приоткрыл рот, оголив широко расставленные как у угря зубы. — Но я прекрасно понимаю, о чем вы говорите, — причмокнул он губами. — К сожалению, ваш муж нанес непоправимый удар по чести Железных островов, а я, как верный слуга господина, должен за нее постоять, — прижал он руку к груди.
— И чего же эта честь хочет спустя столько лет? — зло прозвучал голос леди Болтон. Она сделала пару шагов к Невилу Пайку и внимательно посмотрела ему в лицо. — Прилюдного оскопления моего супруга? Нанизанной на пику отрубленной головы? Пламени дракона? Освежевания?
— Хм. Ну я не столь кровожаден.
— Вы не ответили на вопрос.
— А какой ответ вы хотите услышать?
— Правду.
Невил Пайк вплотную подошел к ней. Улыбнувшись, он странно посмотрел ей на губы, и леди демонстративно отвернулась.
— Ну… Правда так правда! — опять засиял острыми зубами угорь. — Правда, миледи, в том, что… Участь вашего супруга волнует только лорда Грейджоя и прочих идиотов, болтающих о слове «честь». Мне дела нет до какого-то там бастарда, хотя о вашем ублюдке железнорожденные наслышаны.
— И что же волнует не идиотов?
— Хм. А вам палец в рот не клади, да? Ну что ж… — хмыкнул он, скрепив замком руки за спиной. — Понимаете... Новая королева так любит менять традиции, взращенные веками. То пустит варваров на земли, то внесет какие-то никому не нужные законы… Вы же меня понимаете? — повел он бровью.
— Нет.
— Хм-хм. Ну конечно, — отошел он немного в сторону. — Королева запретила нам грабить и воевать. Это ей пообещала сестрица милорда. Выхода-то тогда другого не было, а потом Аша Грейджой померла, оставив нам расхлебывать заваренную похлебку. Но… ведь мы всегда жили именно так, и что нам теперь прикажете делать? — развел он руки в сторону. — Земли у нас не столь плодородны как у вас, да и к тому же… Мы не сеем.
— Причем здесь мой муж?
— Он — Болтон, а даже до нас доходили слухи, что лорды Дредфорта совсем не бедствуют.
— Вы хотите денег?
— А вы прямолинейны, — засмеялся он в голос, и его громкий баритон испугал сидевших неподалеку чаек. — Люблю женщин, которые не ходят вокруг да около.
— Вам следовало известить нас об этом до того, как по вашему наускиванию совершили арест.
— Тогда бы вы общались со мной менее охотно…
— У меня и сейчас нет совершенно никакой охоты с вами разговаривать, сир Невил, — уверенно проговорила она, и мужчина досадливо поджал губы.
— Очень зря, а то глядишь, мы бы с вами до чего-нибудь и договорились бы.
— Чего вы хотите?
Невил Пайк тянул паузу. Он переглянулся с солдатами, заставив девушку настороженно обернуться, но ее опасения не подтвердились. Приплясывая, мужчина прошел мимо нее.
— Ваш муж подверг пыткам не одного железнорожденного. Мой бедный братец, к примеру, тоже пострадал при взятии Винтерфелла. За что, впрочем, вашему благоверному спасибо. Терпеть не мог этого единоутробного ублюдка.
— То, что произошло с ними и с лордом Грейджоем было слишком давно. К тому же, стоит ли мне напомнить о том, что Винтерфелл — родовой замок Старков, а не Грейджоев?
— Ну, конечно, мы сами во всем виноваты! — хлопнул он в ладоши, натянув губы на зубы. — Впрочем, я не обижаюсь на ваши обвинения. Лучшая защита — это нападение, а защищаться вам еще предстоит… На суде.
— А королева знает, что суд соберется из-за событий, поросших мхом?
— Все очень относительно, миледи, — улыбался он ей в лицо. — Однажды королева воспользовалась нашим флотом, а ведь без подобной услуги Таргариеновская кавалерия столь внушительных размеров не смогла бы добраться до Драконьего камня. Хм-хм. Нет! — вдруг остановился он, сделав круг вокруг леди Болтон. — Все же странно… Говорят, у вас трое чудесных сорванцов, а ведь по вам и не скажешь.
— Моя мать родила пятерых и до последнего дня сохранила фигуру…
— Ах, да. Та самая Кейтилин Талли, нагое тело которой Фреи выбросили в реку. — Санса приоткрыла рот. О подробностях смерти матери она не знала, и слова мужчины на мгновения выбили ее из колеи. — Да. Говорят, она была неплоха, но как вы и сказали… Это было слишком давно, — усмехнулся он. — Ладно… Ближе к делу. За определенные неудобства мы бы не отказались от месячных компенсаций. Если вы согласитесь, возможно я поговорю с милордом, чтобы он просил у королевы более приятного вам приговора, а там… Все зависит от вас и вашей усердной платежеспособности.
— Вы… Я… Вы, кажется, не понимаете…
— О-о, нет, понимаю.
