лишь намекал на их местоположение, но мне не нужно было видеть фотографии, чтобы описать
каждую из них. Они были там, сколько себя помню.
Самая большая фотография в центре – семейный портрет, сделанный три рождества назад.
Мы собрались перед искусственным камином в какой-то фотостудии. Мой хмурый вид был
причиной большого спора в тот день. Рядом стояла наша с Мэдди фотография на шестнадцатый день
рождения. Сестра выглядела потрясающе, ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, возможно, на
Алекса. Я же стояла, молясь, чтобы мама поскорее сделала этот дурацкий снимок, и я смогла бы
смыться обратно в свою комнату. На трех других фотографиях была Мэдди. Мэдди после того, как
ее команда по хоккею на траве выиграла районное соревнование в десятом классе. Мэдди с Алексом
на выпускном балу в прошлом году. Мэдди с ключами от ее «новой» машины.
В реальной жизни все было так же. На рождественской вечеринке в офисе моего отца ее
представили первой. Когда мы ходили в церковь, она садилась между родителями. Когда
родственники или друзья спрашивали у мамы про близняшек, она сначала рассказывала о
достижениях Мэдди. Меня они все еще пытались принять.
Я была умной и тихой, из тех, кто предпочитал книгу шумной вечеринке. Скрытная и
странная – вот как родители описывали меня своим друзьям. Скрытная и странная.
Я тихо прикрыла дверь и спустилась вниз. Снаружи царила кромешная тьма, луна
спряталась за плотной грядой облаков. Несколько часов назад шел дождь и, похоже, вот-вот польет
снова.
Я достала из шкафа в прихожей пальто и шапку и поспешила на улицу. К счастью, соседи не
выключили свет на своем крыльце, иначе я бы нарвалась на мусорные баки в конце нашей
подъездной дорожки. Я итак уже дважды споткнулась, первый раз об изжеванную веревочную
игрушку Бейли, второй – спустя пару шагов об разбрызгиватель. Кстати, споткнувшись во второй раз
я оказалась на заднице, пришлось отряхивать джинсы.
Когда я наконец-то добралась до моей машины, то поняла, что машина Мэдди перегородила
выезд. Она припарковалась прямо поперек подъездной дорожки.
– Серьезно, Мэдди? – сказала я, пнув колесо.
Ладно бы она уезжала с утра первой. Но нет ведь. Мэдди выходила из дома последней и
красилась за рулем по дороге в школу. По утрам именно я переставляла машины, чтобы папа мог
уехать на работу, а я в школу.
Я поморщилась от пульсирующей боли в пальце ноги и направилась обратно в дом.
Переставлять машины – не вариант. Если я могла разбудить родителей, выключив телевизор, то шум
от машин точно заставит их спуститься и поинтересоваться, куда это я собралась.
Я повесила свои ключи на крючок у двери. Всего крючков было пять, и все были подписаны.
Мой, папин, мамин, Мэдди и один для ключей от газонокосилки. Но ключей Мэдди там не было. Кто
бы сомневался. Она, как обычно, бросила их на стол, когда пришла, рассчитывая, что кто-то из нас
найдет их и повесит на место.
LOVEINBOOKS
– Это в последний раз, Мэдди. Клянусь Богом, это последний раз, когда я делаю что-то для
тебя, – сказала я себе, обшаривая кухонные стойки в темноте.
Сестра не постаралась облегчить мне задачу. Наоборот, Мэдди все до предела усложнила.
Наконец, найдя ее ключи, брошенные за радио, я взяла их и, поклявшись, что разорву эту эгоистку в
клочья, поспешила назад в сырой ночной воздух. Если все пройдет как надо, меньше чем через
полчаса я буду дома, в кровати, с еще одним пустым обещанием Мэдди в голове.
LOVEINBOOKS
2
К тому времени, как я подъехала к дому Алекса, снова начало моросить. Если не считать
нескольких машин, вразброс стоящих между деревьями, то и не скажешь, что там вечеринка.
Видимо, это преимущество
места для звукового буфера.
Я помню день, когда Мэдди встретила Алекса Фьюри. Мы были новичками, шел наш третий
день в школе. Мне казалось, если мы с сестрой пойдем в новую школу, все станет легче, наивно
полагала, что за обедом уже точно не буду сидеть одна. Но я не учла, что у нас нет общих уроков и
Мэдди гораздо общительнее меня, да и в принципе, у нас мало общего. Я надеялась, что мы будем
держаться вместе, и у меня будет хоть какая-то подстраховка.
Мэдди была рядом только в первые несколько дней, улыбаясь и поощряя меня пойти и найти
новых друзей. Я пыталась: садясь на уроках рядом с людьми, которых не знала, здороваясь с теми
немногими, кто смотрел в мою сторону. Но когда никто из них не поприветствовал меня в ответ, я
стала игнорировать их и сосредоточилась на своих делах.
В ту первую среду я направилась в школьную столовую, чтобы найти Мэдди. Я была в
восторге от рисунка, который нарисовала в открытой студии.
В столовой было как всегда шумно; пахло чем-то вроде сгоревшей пиццы и потных носков
одновременно. Надеясь на полчаса покоя, я взяла поднос, купила хот-дог – он показался
