– Нет. Это не так. – Я не знаю, откуда во мне взялась смелость, но мне уже было все равно. Я
ждала три долгих года, чтобы высказать Дженне все, что думала о ней, и я не собиралась отступать. –
Я не такая как ты. Я не использую свои семейные проблемы в качестве оправдания своего отношения
к другим людям, как к мусору под ногами, и я бы никогда не рыдала на плече парня своей подруги,
рассказывая ему про злого папочку или про свои проблемы. Ты решила, что из-за твоих слез Алекс
бросит меня и переметнется к тебе?
Дженна схватила меня за руку и потащила через весь холл в туалет для девочек. Она пнула
дверь в каждую кабинку, чтобы убедиться, что все они пустые. Возле раковин стояли и смотрели на
нас две девушки, и Дженна повернулась к ним.
– Убирайтесь, – завопила она. – Сейчас!
Она захлопнула за ними дверь и приложила ухо к дереву – наверняка, чтобы убедиться, что
никто не подслушивал. Кажется, у сплетников есть своя тактика обеспечения безопасности.
– Ты не общалась со мной почти месяц, позволяя Алексу быть нашим посредником. Я не
знаю, почему и, честно говоря, меня не волнует, потому что все это работает на меня.
– Работает на тебя? Как это все может работать на тебя?
– Алекс любит тебя. Я не отрицаю. Но он не будет мириться с этим…, – она махнула рукой в
мою сторону, – слишком долго.
Я и не пыталась скрыть звучащее в голосе презрение. Я обняла себя руками, и слова
превратились в низкий рык.
– Мириться с чем?
– Ой, да ладно. Ты так сильно ударилась головой?
LOVEINBOOKS
Я подумала над тем, чтобы сказать ей чистую правду. Я ударилась о дерево так сильно, что
даже не поняла, кто я, когда очнулась в больнице. Только взгляд холодных мертвых глаз сестры в
больничном морге вернул мои воспоминания. Так что да... сильно.
– В первые пару дней я думала, что ты расстроена, ну, знаешь... переживала из-за сестры и
чувствовала себя виноватой, но вот идут дни, и Алекс отвечает на мои сообщения и отвечает на мои
звонки. – Она сделала паузу и рассмеялась. – Но ты отстранилась даже от него.
– Это не правда, – возразила я.
Она понятия не имела, о чем говорили Алекс и я, сидя у меня дома, не представляла, сколько
раз он сидел спокойно, просто держа меня за руку, когда я отказывалась говорить. Я не отстранилась
от Алекса. Единственный человек, которого я держала на расстоянии, – это Дженна, и это было
намеренно.
– Это правда, и ты это знаешь. Если вынырнешь из омута жалости к себе хоть на секунду, ты
это увидишь.
Я убила свою сестру; кажется, я имею право ощущать себя виноватой, разве нет? Но не это
заставляло меня спотыкаться и запинаться на пути по жизни в качестве Мэдди. Она не только моя
сестра. Она была частью меня, и я знала, что всегда будет. И теперь она ушла. Я скучала по ней, и не
важно, какую ложь я придумала и сколько времени прошло с тех пор, я не могла заставить себя
справиться с щемящим чувством пустоты внутри.
– Ну и что, что я была отстраненной. Этого следовало ожидать, учитывая мои переживания.
Я знала, что никто не задумается над тем, почему Мэдди такая спокойная, прямо как Элла.
Когда мама обеспокоилась этим вопросом, доктора сказали ей, что это нормально, что гнев и
нежелание разговаривать – нормальные этапы процесса взросления.
– Есть разница между тем, чтобы отстраниться и выпасть из жизни, Мэдди. Когда в
последний раз вы с Алексом спали вместе?
Я был искренне смущена. Я не знала ответ на этот вопрос, не могла даже предположить. Он
попытался в ту ночь в моей комнате, но я оттолкнула его.
– Ты даже не помнишь, да? – продолжила она, когда я не ответила. – Когда в последний раз
ты была на свидании с ним или позволяла ему тебя поцеловать? Не носиться с тобой, как нянька, а на
самом деле поцеловать?
– Это не твое дело.
– Ему не сорок, Мэдди. И вы, вроде бы, не женаты. Ему восемнадцать. И ему совсем незачем
оставаться с тобой. – Она наклонилась над раковиной и поправила волосы, глядя в зеркало. – И есть
много других желающих занять ваше место.
– И другие – и это ты.
Дженна обернулась и улыбнулась.
– Я этого не говорила. – Но и «нет» не сказала. – Но я подумала о чем-то другом.
– И о чем же?
– Я хочу быть королевой Снежного бала. Ты уже была в прошлом году. Теперь моя очередь.
Мне было плевать на бал и на девяностодевятипроцентные шансы Дженны стать королевой.
Дженна могла вообще забрать все короны, висящие на зеркале Мэдди, мне было все равно. Я бы
собрала их в коробку и отдала ей уже сегодня вечером, если это то, чего она хотела.
– Насколько я знаю, завтра заканчивается голосование. Может быть, тебе стоит быть
активнее, – сказала я.
Я, может быть, и не интересовалась балом, но ей показывать этого не собиралась.
– Неа. Ты откажешься от участия. Меня не волнует, что ты придумаешь, просто сделай это.
– А если я не хочу?
Она наклонилась, как будто боялась, что кто-то в этой совершенно пустой комнате услышит
нас.
– Ты думаешь, Алекс любит тебя достаточно, чтобы сесть в тюрьму? Он заработал полную
