Не знаю, возможно, это была такая общемировая тенденция. От большого ума и избытка грамотности, так сказать. Например, когда мы сидели в обороне в Англии, уцелевшие местные жители почему-то очень боялись непогребённых покойников (вдруг они встанут и, в виде зомби, пойдут бродить по пустошам, поедая по дороге человеческие мозги?) и ждали появления «мутантов» (варваров, полулюдей-полузверей, которые просто обязаны были появиться непонятно откуда сразу после ядерной войны и тут же начать гонять на мотоциклах и пить кровь из честных пейзан, прославляя Сатану). Мы не сразу поняли, откуда они этого бреда набрались. Потом оказалось, что у них, на Западе, на эту тему до войны было выпущено полно художественных фильмов и разных книжек с картинками. Мы уж как могли (насколько хватало скудных языковых познаний) объясняли олухам царя небесного, что труп, он, вообще-то, разлагается, и кости трупа так просто между собой не соединяются — вот сгниют мышцы и прочая плоть, и будет это безобидный мешок костей и не более того. А на морозе труп — это вообще ледышка. Ну а мутанты за год или два тоже не возникнут — период полураспада той дряни, которой заряжали атомные бомбы, составляет минимум лет двадцать — двадцать пять, радиационное воздействие на живые организмы — штука длительная, и для каких-то изменений нужно минимум одно-два поколения, а значит, лет 70–100 (мы, слава богу, не доживём), не меньше. А за год-два смутируют разве что какие-нибудь ракушки и прочие простейшие. Характерно, что не до всех инглишменов эти объяснения доходили….
Но это англичане, а наше выжившее население, из числа городского и шибко грамотного, в зомби и мутантов особо не верило (не считая редких случаев встреч с сильно облучёнными и обожжёнными во время войны согражданами). Но при этом сразу после таяния ядерных снегов начало усиленно дурковать по-своему.
Если в двух словах — принялось искать «Оазис».
Нет, ведь вроде неглупые люди, большинство с вузовскими дипломами инженеров, медиков или гуманитариев, а значит, должны были худо-бедно понимать, что при том количестве боеголовок, которое выпустили друг по другу воюющие стороны, и при той продолжительности ядерной зимы, которая имела место быть, от прежней цивилизации не осталось, считай, ничего.
Так нет же, своим глазам и объективной реальности наши интеллигентные шизики верить категорически отказывались. Тем более, что в их среде сразу же завелись всякие «гуру» и «пророки», которые считали, что знали то, чего не знал никто. В первый год, когда я с бойцами только вернулся из Англии, была глупая «мода» — переть либо на Запад, либо на Север.
Народишко вдруг снимался с мест целыми семьями, а иногда и посёлками и шёл фактически в никуда. На что они надеялись? Видите ли, кто-то пустил слух, что на европейской части СССР или где-то за полярным кругом остались полностью автономные и самодостаточные подземные города (как вариант — города под куполами), где по сей день живут по-старому и не испытывают всех, неизбежно свойственных ядерной войне ужасов и неудобств. То есть, видимо, по их вывернутой логике, эти пресловутые «города» имели собственные ядерные реакторы, поточные линии по производству синтетической жратвы и ещё много чего. Причём, видимо, для пущей убедительности утверждалось, что то ли автором идеи, то ли вообще главным проектировщиком и конструктором этих «городов- оазисов» был «сам академик Сахаров». Лично я по довоенным временам помнил, что Сахаров — это какой-то известный в узких кругах учёный-физик, у которого были некие претензии к КПСС и советской власти (злые языки тогда говорили, что на эту тему академика накрутила его вторая жена-еврейка), и каким местом подобный физик может иметь отношение к строительству противоатомных убежищ, понимал не очень.
Формально мы, военные, не имели права удерживать этих «путешественников», коли уж их поведение не являлось угрожающим. Но людей-то всё равно было жалко, поскольку отправлялись они фактически на верную смерть. Ладно, пусть сам ты полный придурок, но зачем ты при этом за собой стариков и баб с детьми тащишь в это своё «счастливое никуда»? Это было тем более дико и непонятно, что живых людей на планете осталось всего ничего...
Поначалу мы, как могли, пытались объяснять, что на европейскую часть Союза, где находились самые крупные города и большая часть нашей военной инфраструктуры, во время войны уронили наибольшее количество мегатонн и сейчас там нет ничего — кратеры и руины на месте городов, плюс очень серьёзная остаточная радиация. А на Севере не лучше — подтаивающая вечная мерзлота (то есть обширные болота), тайга, тундра да развалины прибрежных городов, и ничего более.
