Кстати, и техники у них тоже хватало. Одних БМД-1 и БТР-Д я потом насчитал не менее полусотни, кроме них было с десяток АСУ-85 и несколько БРДМ-2 с ПТУРами — десант, как известно, сильно тяжёлую технику органически не переваривает. Из артиллерии на авиабазе было по батарее 122-мм гаубиц Д-30 и 85-мм противотанковых пушек, дивизион десантных, облегченно-буксируемых «Градов» РПУ-16 и несколько батарей 82 и 120-мм миномётов, плюс безоткатки и прочие СПГ. Что касается средств ПВО, то я видел только ЗУ-32-2 и ПЗРК.
Два доставленных сюда до нас танка «Т-62М» действительно оказались модернизированного образца (такие делали, насколько я знал, в основном под Афган), с бортовыми экранами и дополнительной бронёй на башне и лобовых деталях корпуса. Судя по тому, что танки были грамотно окопаны и замаскированы, их экипажи были достаточно опытными. Командовали «Т-62» младшие лейтенанты Бибиков и Сытов, не производившие впечатления зелёных пацанов. Я выслушал их доклады (поскольку они до сего момента стояли в обороне и даже ни разу не выстрелили, рассказывать им было особо нечего), решив для себя, что ещё посмотрю на этих ребят в деле. Это всё-таки не мои бойцы, которые за несколько дней войны уже повидали любой хрен-перец.
Сразу же после прибытия нам пришлось с помощью десантников (подробного плана авиабазы у меня, разумеется, не было, и я поначалу не знал, где тут и что) разводить наши танки по позициям, тут же окапывая и маскируя их. В итоге наши десять «Т-72» и два «Т-62М» были размещены в капонирах в расчёте на круговую оборону. Пока мы занимались этими делами, не заметили, как день стал клониться к вечеру. Нет, я, конечно, понимаю, что Москве надо, чтобы мы атаковали срочно, но нельзя же, в конце концов, воевать совсем без подготовки.
Когда мы уже заканчивали возню с танками, к моей машине прибежал связной, ВДВэшный солдатик в испачканном свежей землёй на локтях и коленях маскхалате, передавший приказ срочно явиться к командиру здешнего десанта подполковнику Трефилову.
Прежде чем отбыть, я собрал своих командиров машин и приказал — пока всё тихо и у нас есть какое-то время на всякие глупости, надо по-быстрому убрать боекомплект из немеханизированных укладок внутри танков (всё равно, как показал наш опыт, до них во время боя хрен дотянешься), а в автоматах заряжания чередовать фугасные и бронебойные снаряды. По окончании данного процесса я рекомендовал экипажам пообедать/поужинать (если не найдут у здешнего ВДВ какой-нибудь завалящей кухни с горячей пищей — сухим пайком, благо консервов в комплекте с танками нам выдали богато). Назначив ответственным за эти два действа старлея Маликова, я отправился на встречу с начальством.
Английское небо даже летом какое-то мутно-серое. И в этом небе над авиабазой время от времени мелькали на малой высоте наши истребители-бомбардировщики. После таких пролётов слышались глухие разрывы авиабомб. По расстоянию до места бомбёжки я понял, что десант отодвинул линию боевого соприкосновения максимально далеко от окраин авиабазы. А чуть раньше, когда мы окапывались, над нашими головами несколько раз пролетали «Ан-12», сбрасывавшие парашютные контейнеры. Один раз довольно высоко пролетел и одиночный «Ил-76», сбросивший многокупольную систему с закреплённой на платформе БМД. Сброс пилоты выполнили довольно точно, прямо внутрь охраняемого периметра, на поле рядом с ВПП. Десантники сразу же оприходовали «подарочек», и у меня в очередной раз возник вопрос — почему англичане не вдарят по нашим транспортным бортам каким-нибудь ЗРК? А потом сам же себе и ответил — для пехотных средств ПВО далековато, да наши их, похоже, просто не дают развернуть, давя на психику постоянными ударами с воздуха, а основная, стационарная английская ПВО была развёрнута в основном на восточном побережье, против нападения с континента и теперь, по большей части, подавлена. При этом транспортники, видимо, заходили по нашему маршруту, со стороны залива Уош, Нортгемптона и Бирмингема, а там вражеская ПВО уже была задавлена окончательно.
Вдоль ВПП и стоянок кипела работа — десантники развозили и растаскивали сгруженные накануне из доставивших нас «Ил-76» и сброшенные с воздуха ящики, тюки, коробки, бочки. Для транспортировки ими использовалось несколько трофейных грузовиков и джипов.
Едва я вышел к ВПП, как услышал за спиной:
— Эй?! Танкист?! Здорово?!
Звучало это слегка неуверенно и где-то даже вопросительно. Хотя чего я удивляюсь — мои пилотка и чёрный комбез, как я уже убедился накануне, не напоминают офицера. А вот просто абстрактного танкиста — вполне...
Я обернулся. Ко мне быстро шёл, поправляя на плече «АКМС», чернобровый молодец в жёлто-зелёном маскхалате и тельнике, с офицерской кокардой на лихо заломленном голубом берете. Этакий рослый красавчик, из числа тех, что особливо нравятся бабам определённого сорта.
— Здорово, голубая пехота, — приветствовал я его, когда он поравнялся со мной. — Или крылатая? Или молния?
