Булкин кинулся к зелёному фургону радиостанции, а через минуту выскочил из КУНГа как ошпаренный, с воплем:
— Всем укрыться! Выключить всё электрооборудование! Атом! Атом, мать вашу так!
Лётчики и надевавшие на бегу покрытые камуфляжными чехлами стальные каски техники немедленно метнулись по свежеотрытым щелям. Прежде чем укрыться самому, Булкин приказал переводчику Пеледую передать эту команду кубинцам. Через минуту переводчик вернулся и укрылся в окопе, а вот среди кубинцев особой суеты почему-то не наблюдалось. Похоже, они в подобные предупреждения не очень-то верили...
Лёжа в окопчике, Булкин как-то, между прочим, вспомнил, что в одном из грузовиков вообще-то лежат выданные загодя на всю его команду, но так и не распакованные ОЗК и противогазы. Но распечатывать их сейчас было уже поздно. К тому же «Первый» не уточнил, куда именно будут сбрасывать ядерные бомбы (в штабе ГСВК этого в тот момент и сами не знали), и Булкину оставалось понимать это предупреждение, как угодно, поскольку атомный боеприпас мог упасть и прямо им на голову, и на Гавану, и вообще куда-нибудь вне прямой видимости, на другом конце острова.
В общем, мыслей в голове у майора Булкина было предостаточно, но додумать ни одну из них он не успел, поскольку минут через десять где-то за горизонтом глухо гахнуло. Земля вместе с росшим на ней сахарным тростником и полотном шоссе, мелко затряслась, над зарослями заметались и заорали, словно от нестерпимого ужаса, поднятые взрывом с мест мелкие птицы. И без того солнечное летнее утро озарилось яркой вспышкой, словно над Карибским морем вдруг встало второе солнце. Потом с лёгким гулом и шелестом над тростниковыми полями, пальмами и замаскированными самолётными стоянками прошла волна горячего воздуха, словно очень сильный ветер подул ни с того ни с сего.
Все лежали, зарывшись носами в землю, справедливо ожидая чего-то страшного — сплошной стены огня, которая докатится до них следом за ударной волной, вырывающей деревья с корнем пылевой бури и прочих пакостей. Но ничего подобного почему-то не было.
Полежав ещё минут пять, Булкин, а следом за ним и все его подчинённые разом вскочили на ноги.
Единственное, что они сразу же увидели невооружённым глазом — оседающие у самой линии горизонта, не менее чем километрах в сорока от них и совсем нестрашные с такого расстояния светло-серые до полупрозрачности атомные грибы. Две штуки.
Повисла закономерная тягостная пауза, которую нарушил технический капитан Шиморин.
— Никак Сан-Антонио накрылась?! — констатировал он, ткнув пальцем в сторону ближнего атомного гриба. Было видно, как там, у горизонта, быстро разгорается большой пожар — столбы дыма поднимались до неба.
— Ну ни фига ж себе... — сказал капитан Сухорябов и тут же замолчал. Видимо, он думал о том же, о чём и все остальные лётчики и техники. А они помнили, что Сан-Антонио — это большая авиабаза. Была... И там было немало народу и много разнообразной авиатехники, а кроме того, у всех перебазированных сюда военнослужащих 1-го КШАП там остались чемоданы, большинство носильных вещей и ещё много чего. И верить в то, что авиабаза разом испарилась или сгорела дотла, никому упорно не хотелось. Не вмещалось осознание этого Факта в человеческие мозги...
— Командир, что делаем? — спросил Шиморин.
— Ясный перец — ждём, — ответил Булкин и добавил, вроде бы ни к кому, специально не обращаясь: — Хорошо, что хоть предупредили заранее...
И в этот момент он словно что-то вспомнил и заорал радистам:
— А ну все по местам! И давайте мне связь с «Первым»! Немедленно!
После чего сам кинулся к КУНГу, опережая связистов.
Через минуту он уже был в эфире, и пока связисты регулировали настройку, он отчётливо слышал в наушниках сквозь треск помех истерические команды и крики о помощи на испанском (в котором он, естественно, понимал через пень-колоду), перемежаемые, похоже, сообщениями местной гражданской обороны. А потом радисты наконец нашли нужную волну и вызвали штаб ГСВК.
— «Пятьдесят седьмой», — обратился «Первый» к Булкину очень деловым тоном. — Как там у вас обстановка? Потери есть? Применение оружия массового поражения действительно имело место! Пострадала авиабаза Сан-Антонио!
— Да мы сами всё видели, товарищ «Первый». У нас потерь нет. Какие будут дальнейшие приказания?
— Немедленно подготовиться к боевому вылету всем наличным составом эскадрильи и ждать в режиме дежурства, в кабинах! Задача будет поставлена непосредственно перед взлётом! И помните, что это уже не учения!
— Спасибо, это я уже понял, — ответил Булкин и добавил: — Есть, товарищ «Первый»! Выполняю!
