Кажущаяся депрессивность района была, судя по всему, ложной — по пути сюда Аркадий видел несколько десятков строящихся домов.
— Здравствуй, — вошёл он в ночлежку. — Меня Алексеем зовут.
Грузный мужик в городской одежде встал со стула и прищурился, чтобы лучше рассмотреть его.
— Чего хотел, малец? — спросил он.
— Комнату снять хочу, — ответил Аркадий.
— Отдельную комнату? — уточнил мужик. — Десять копеек — ночь.
Аркадий вытащил из кармана нужную сумму и передал её владельцу.
Рассказывать, что они земляки и всё такое, он не стал — незачем.
Ещё первая половина дня, они выехали на рассвете, поэтому есть много времени до заката, чтобы походить по городу и по рынку.
Денег-то у них, по городским меркам, почти нет, а нужна городская одежда, чтобы чуть меньше выделяться, ну и кое-что, чтобы начать реализацию одного из способов сравнительно честного отъёма денег у городского населения…
— Сиди здесь, — сказал Аркадий Марфе, когда они сложили свои очень скромные вещи в комнате. — Вернусь с едой и одеждой.
Он направился в Большие Исады, крупнейший рынок Астрахани, чтобы выбрать готовую одежду себе и Марфе, пусть даже поношенную или вообще с покойников — главное, чтобы выглядело прилично.
На рынке воняло рыбой, икрой, хлебом, дублёной кожей и человеческим потом. Нос Аркадия впал от этого амбре в прострацию и отказывался регистрировать что-либо ещё, но спустя пару минут притерпелся.
Людей тут прилично, Немиров даже ненадолго предался ностальгии по былым временам. Он уже давно не видел столько людей в одном месте. Примечательно, что наибольшее оживление царило в районе рыбы.
Продовольственные ряды его не интересовали, ведь еду он купит в ночлежке, поэтому он пропустил их и добрался до рядов чего-то вроде барахольщиков.
— Почём штаны? — спросил он у продавца, торгующего одеждой не первой свежести.
Некоторые вещи были заляпаны, какие-то изобиловали заплатками, но попадались сравнительно целые и чистые.
— Рубль двадцать копеек, — ответил торговец, судя по внешности, татарин.
— За рубль возьму, — сказал Немиров.
— Бери, — пожал плечами татарин.
— Рубаха за сколько? — указал Аркадий на заинтересовавший товар.
Залатанная в трёх местах застиранная белая рубаха лежала среди кипы других рубах, которые выглядели гораздо хуже.
— Рубль, — ответил торговец.
— Восемьдесят копеек.
— Ярый.
«Ярый», как знал Немиров из личного опыта, с татарского переводится как «ладно» или «пойдёт».
— Буген сауда ничек бара? — поинтересовался Аркадий.
Татарским он не владел, но знал пару обиходных фраз. Учиться в Казани и не овладеть некоторыми фразами на татарском — это надо специально уклоняться…
Торговец кивнул ему, как бы говоря, что сегодня торговля идёт неплохо.
— Обувь надо? — спросил он. — Три рубля — такая обувь.
Он вытащил потрёпанные сапоги, которые выглядели так себе, но с перспективой ремонта.
— Два с половиной? — предположил Аркадий.
— Два семьдесят, — произнёс татарин.
— Беру, — кивнул мальчик.
Сапоги ему великоваты, но нет таких проблем с обувью, которые нельзя решить с помощью достаточного количества портянок…
Татарин свернул купленную одежду и перевязал её бечёвкой, после чего принял серебряные монеты и дал на сдачу пятьдесят копеек.
Немиров опасался, что потратит гораздо больше, но вышло всего четыре с половиной рубля.
— На женщину есть что-то? — спросил он. — Платье, портки и обувь.
— Туда иди, — указал татарин на ларёк, стоящий в десяти метрах вправо.
Марфе он купил приличного вида ситцевое платье за пять рублей, поддевку за сорок копеек, а также женские сапоги за четыре рубля. Всё ношенное, не первой свежести, но зато выглядящее на порядки лучше того, что они носят сейчас.
Суммарно он потратил тринадцать рублей и девяносто копеек, поэтому у него сейчас есть только десять рублей и десять копеек — очень мало.
Он прогулялся по барахолке и нашёл, что искал.
Торговец-армянин торговал подержанными предметами обихода, среди которых были и ножи.
Аркадия интересовал обычный кухонный нож, пусть даже из крестьянской кузни, а также точильный камень.
За двадцать копеек он купил паршивого состояния нож, а точильный камень пришлось поискать по рядам. В итоге он купил чуть надломленный камень за четыре копейки.
Один из этапов плана был выполнен.
По пути в ночлежку он запоминал город и мысленно отмечал интересные места.
Кабаков встречалось много, причём в «приличной» части города они выглядели презентабельно, даже с претензией на какой-то уровень, а вот в Армянской слободе их качество и количество резко сокращались.
Нужен стартовый капитал для его очень маленького бизнеса. План, как его получить, у него был, но он сопряжён с определённым риском.
Он не мог сказать, что в прошлой жизни начинать бизнес было гораздо легче.
Тогда у него были только небольшие сбережения, а также жена, которая продолжала работать в оборонке.
Разбирая старые батареи, он добывал из них кобальт, сдавал его приёмщикам и копил деньги на оборудование.
