Нужно подсчитать примерную рентабельность, а потом выработать оптимальную рецептуру. Если получится, то он заработает достаточную сумму, чтобы переходить к следующему этапу.
— Больше никаких вопросов, — произнёс Аркадий. — Тебе необязательно всё это знать, потому что это опасно. Просто знай теперь — я обеспечу тебя так, что ты будешь вспоминать о жизни в деревне как о смутном мороке. Будто и не было этого никогда.
— Но ты ведь… — Марфа попыталась чем-то парировать его аргументы.
— Я тебя заклинаю, больше ничего не спрашивай, — перебил её Немиров. — Лучше послушай, что я собираюсь тебе дать. У тебя будет много денег, их будет достаточно, чтобы хоть каждый божий день питаться в ресторациях, а жить ты будешь в собственных апартаментах. Надо просто немного подождать. Заработает моё дело — заживёшь, как цесаревна. Ну, почти.
Марфа нахмурилась.
— Странный ты, — произнесла она.
— Тем и беру своё, — усмехнулся Аркадий. — Запомни: никаких вопросов и у тебя всё будет в жизни очень хорошо. Будут вопросы — будет плохо.
Раскрывать ей истинное положение вещей он не собирался. Никто не должен узнать об этом. Вообще никто.
Странности к делу не пришьёшь, а вот структурированное и непротиворечивое объяснение от очевидца… Это очень хорошо пришивается к номерному делу.
Когда есть деньги, почти все неразрешимые вопросы способны решаться по мановению руки, сжимающей серебряные монеты.
Заплатив шесть рублей, Аркадий арендовал себе небольшую каморку, где раньше сидел сапожник, сроком на месяц. После этого он сходил на рынок и купил себе необходимые ингредиенты, а также сифон, ради которого пришлось походить по городу, пока не была найдена аптека И. И. Гаевского.
Десять рублей за небольшой сифон — Немиров посчитал это вымогательством. Удалось доторговаться с аптекарем до девяти рублей и двадцати пяти копеек, но он всё равно был недоволен.
Больше никто сифоны не продавал, это товар из Санкт-Петербурга, поэтому просто не может стоить дёшево.
Как узнал Немиров от самого аптекаря, Дмитрия Филимоновича Панкратова, сифоны известны уже давно, но спрос на них очень ограниченный.
Кто-то использует их, чтобы делать домашнюю газировку, а кто-то делает себе ванны для ног — современной медициной считается, что газированная вода способствует понижению давления и улучшению кровоснабжения[9].
Например, Демичев Виктор Фёдорович, владелец гостиницы «Россия», покупает по пять баллонов углекислого газа в месяц в аптеке Гаевского — это предмет гордости для аптекаря.
Все лечатся, как могут, потому что современная медицина знает очень мало. Могли бы сильно помочь антибиотики, но о них ещё никто не знает, кроме Аркадия.
Хотя он считал, что антибиотики — это игра с огнём.
Неразумное применение антибиотиков, происходившее от 40-х годов XX века до 50-х годов века XXI, привела к тому, что даже Немиров был затронут проблемой, созданной человечеством — массовой антибиотикорезистентностью микробов.
Уже в 40-е учёные-медики говорили, что всё человечество, взявшись за руки, дружно вступает в постантибиотиковую эру, когда приходится отказываться от антибиотиков по причине их неэффективности против почти что всех болезнетворных микробов. Но первые робкие голоса начинали раздаваться ещё в 20-е годы…
В военном госпитале он видел, как тщательно прокалываемые антибиотиками солдаты, заразившиеся пневмококками, несмотря на все принимаемые меры, умирали.
Уже давно вкладывались огромные деньги в разработку новых антибиотиков, но чуда не случилось.
Медицина бы, наверное, приспособилась, не сокращай весь мир её финансирование…
«В сороковые годы этого века человечество снимет все сливки», — подумал Аркадий, присоединяющий шланг от баллона к сифону. — «Чудодейственное исцеление поражённого сепсисом больного в терминальной стадии, феноменально быстрое лечение гонореи или сифилиса… Но эта золотая эпоха неизбежно закончится».
Эксперименты с углекислым газом показали, что давления в баллоне мало и не получается сделать даже среднегазированный напиток.
Получить он может только слабогазированные напитки, но ни у кого нет аналогов. Вероятно, компрессоры нынешнего технологического уровня недостаточно мощны, поэтому давление в баллонах достигает не более десяти атмосфер, что совершенно смешно на фоне того, чего добивались во времена Немирова.
Тем не менее, такую воду тут называют «сельтерской водой», но Аркадий собирается сделать то, что никто в этом мире никогда не видел и не пробовал.
Его конкурентное преимущество — это концентрат для безалкогольных напитков.
Он посетил почти все магазины в Белом городе, но нигде не нашёл того, что собирается сделать. Обычный сахарный сироп можно купить как в хозяйственных магазинах, так и в аптеках.
«… где он лежит на полке между героином и кокаином, ха-ха-ха…» — улыбнулся своей мысли Аркадий. — «Если я не ошибся в чтении этикеток на немецком, а я не ошибся, то в аптеке Гаевского приторговывают коксом, а в аптеке у А. И. Беккера банчат хмурым, причём в открытую».
