Когда остальная часть мира была заглушена, Софи могла чувствовать каждую из мыслей по отдельности, растягивая их в нити, которые она использовала, чтобы привязать разум Линн к своему.
Посмотрим, выдержит ли это, передала Софи, позволяя своей ментальной энергии собраться между ними, теплый гул становился все сильнее и сильнее. Если это произойдет, вы с Тамом сможете услышать друг друга… при условии, что я смогу установить контакт.
Спасибо за это, сказала Линн.
Ты не должна благодарить меня, я сделаю все, что смогу, чтобы помочь тебе и брату… надеюсь, ты это знаешь.
Знаю. И я хочу, чтобы ты знала, это мой выбор… то, что ты делаешь прямо сейчас, и что я прошу тебя сделать, если это сработает. Если что-то из этого выйдет не так, я не буду винить тебя.
Будем надеяться, что нам не придется думать об этом, сказала Софи, крепче зажмурившись, когда гудение в ее мозгу стало трескучим, как статика… или, возможно, лучшей аналогией была бы волна, разбивающаяся о берег. Она чувствовала, как ее сознание подхватывает инерция, устремляясь вперед, вперед, вперед…
Держись! предупредила она. Следующая часть будет громкой.
Линн кивнула, и они обе втянули воздух, когда Софи выбросила энергию из своего сознания в ревущую передачу.
ТАМ! ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ИГНОРИРУЙ МЕНЯ!
ПОЖАЛУЙСТА!
ПОЖАЛУЙСТА!
ПОЖАЛУЙСТА!
Она повторяла зов снова и снова, каждая передача была похожа на мысленную реку, несущую ее мольбу вместе с потоком, бурлящим все дальше, дальше, дальше. Но как бы далеко ни текли слова, за ними следовала лишь тишина.
Как ты думаешь, поможет, если я позову его? предложила Линн.
Он не сможет услышать тебя, пока не позволит мне соединиться с его разумом. Если…
Если только что? спросила Линн, когда Софи не закончила мысль.
У меня есть странная идея… и я не знаю, сработает ли она, но… ты можешь вспомнить его имя на минуту? Только его имя… и отдай ему всю свою концентрацию, как будто это единственная твердая вещь в твоей голове.
Линн сделала так, как просила Софи, и девушка собрала звук, обернув вокруг него свое сознание, пока не почувствовала образование герметичного свертка, а голос Линн мягко отзывался внутри.
Своего рода мысленный пузырь.
Что ж пора, сказала она Линн, позволив своему странному мысленному творению выплыть из ее сознания, как послание в бутылке, плывущее через пространство между ней и Тамом, плывущее через огромное ничто.
ТЫ СЛЫШИШЬ, С КЕМ Я? передала она, толкая мольбу Линн все дальше и дальше. ЛИНН ХОЧЕТ ПОГОВОРИТЬ С ТОБОЙ. ЭТО ОЧЕНЬ ВАЖНО.
Еще больше тишины окружило их, и разочарование Линн было почти осязаемым, когда Софи попыталась отодвинуть свое сознание от головной боли, нависшей впереди… мысленного водопада, который утащит их обеих в боль, если она не разорвет связь до того, как достигнет ее.
ПОЖАЛУЙСТА, ТАМ… РИСКНИ.
ТАМ!
ТАМ!
ТАМ!
ТАМ!
ТА…
Какая-то тень омрачила сознание Софи… порыв одновременно ледяной и жуткий.
Линн схватила Софи за запястья.
Там?
ТЫ ХОТЬ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, НАСКОЛЬКО ЭТО ОПАСНО??? крикнул Там.
Слова были холодными черными камнями.
Погружающимися в сознание Софи.
Врезавшимися в темноту, задержавшуюся внизу.
Но Софи сосредоточилась на смехе Линн, не позволяя эху шевельнуться.
Я тоже рада тебя слышать, сказала Линн брату. Приятно знать, что ты все такой же упрямый и угрюмый, как всегда.
Мысли Тама, казалось, спотыкались сами по себе… ошеломленные звуком голоса сестры.
Но он быстро пришел в себя, его сознание запуталось в другой темной буре, которая бушевала вокруг их общих умов, когда он подумал:
СЕРЬЕЗНО, ЛИНН… МЫ НЕ МОЖЕМ ТАК РАЗГОВАРИВАТЬ! ТЫ НЕ ЗНАЕШЬ, ЧТО ДЕЛАЕШЬ.
