Он вскинул руку, ударяя в меня невидимой стеной, которая должна была отбросить на пару десятков метров. У Таисии подобный удар получался значительно хуже, но даже так она отправляла меня в долгий и головокружительный полёт. Я врезался в стену, ударяя по ней заострённым концом стержня и к нашему обоюдному удивлению, пробил. Она лишь немного замедлила мой рывок и для второго удара у Хамады не было времени. Я же обрушил на голову японца кулак, стараясь не думать, какую тяжесть он сейчас несёт.
Остановившись и набрав полную грудь сырого воздуха, я от злости заорал так, что меня должны были услышать у аэродрома. И словно дожидаясь именно этого, с той стороны загрохотало. Отдалённо и глухо.
— Связь! — сказал я, приложив палец к уху. — Сообщите, что с диверсантами мы разобрались. Идём в сторону залива.
После небольшого сражения я был покрыт грязью и листьями с ног до головы. Немного поколебавшись, зашагал к дороге, взобрался по насыпи. Сверху на перепаханное и обгорелое поле боя открывался отличный вид.
— Уверен, что нам надо к заливу? — спросил Василий. — Если там сейчас работает корабельная артиллерия, это может быть опасно. Всё, что от нас зависело, мы сделали. Можно уйти на север к Курильску. Слышишь, как гремит?
— Джим? — спросил я.
— Решай, — сказал американец. Его немного подкоптило, но даже волосы не опалило.
— На востоке берег длинный, там пехоту можно высадить где угодно, — сказал Василий. — Не везде танкам места хватит, но люди пройдут. Если сейчас начнут, то с юга к Буревестнику выйдет пара тысяч человек. И точно так же с северной стороны залива. А дорога к Курильску одна, не пройдём сейчас, застрянем.
— Связь! — к нам подошёл помощник Ливио, отвечающий за связь, протянул мне трубку.
— Наёмник на связи, — сказал я.
— Буревестник на связи, — послышался знакомый голос капитана, затем небольшая пауза и голос генерала. — Берег держим пока снаряды есть. Нужна помощь у Горячих Ключей. По дороге от залива прорвался десантный катер на воздушной подушке. Должно быть, мастер…
Звук ненадолго прервался, так как послышался оглушительный взрыв. Я услышал его сначала по связи, а потом он донёсся с востока.
— Принял, — сказал я. — Едем к Горячим Ключам. Повторяю, едем к Горячим Ключам.
Тишина.
— Запрашивай связь, — я вернул трубку. — Ливио, здесь развернёмся?
— Чуть дальше, — он показал на широкий участок дороги.
— Поехали. Если всё будет плохо, отойдём на север, — я посмотрел на Василия.
Пока мы разворачивались, канонада со стороны залива усиливалась. Стали видны столбы дымов, поднимающиеся с нескольких точек и сдуваемые на запад сильными порывами ветра. Моё внимание привлекло движение в небе. Это был самолёт, летевший на восток и выпустивший несколько ракет. Он успел развернуться, но его догнала яркая точка и он сразу задымил. Я даже высунулся из окна, пытаясь уследить за ним. Он начал резко уходить на север, а в том месте, где был несколько секундам назад, появился купол парашюта.
— Надеюсь, ты хоть кого-то потопил, — тихо произнёс я.
Машины неслись по дороге, подпрыгивая на кочках и ямах. В какой-то момент мы выскочили на ровный участок, откуда открывался вид на океан. Вдалеке можно было увидеть очертания нескольких больших кораблей, один из которых сильно дымил. С той стороны наплывало серое марево шторма, пряча дальние корабли, которые обязательно были, не могло не быть. Рядом с аэропортом прогремел взрыв, взметая в воздух грязь и камни. Мы повернули и берег скрылся. По узкой петляющей дороге нужно было сделать большой крюк, уходя сначала на север и только минут через пятнадцать на юг. Каких-то двадцать километров, но это была долгая дорога, отнявшая почти полчаса. Миновав два моста, вышли к развилке, ведущей к холмам и нос к носу столкнулись с небольшой колонной. Впереди ехал восьмиколёсный бронетранспортёр в камуфляжной раскраске. Японский Тип 96, его легко можно узнать по внешнему виду. Сзади, где должна крепиться антенна, установлен флаг с семейным гербом клана Фудзивара, падающей глицинией, нарисованной в виде круга. Следом за броневиком едут два внедорожника и замыкал колонну ещё один Тип 96.
Увидев знакомый герб, я немного опешил. Нас бы обязательно раздавили, вместе с машинами, если бы сидящие на броне два мастера не узнали меня. Так мы и стояли секунд двадцать, глядя друг на друга.
— Я выйду, поговорю, — тихо сказал я, не сводя взгляда с переговаривающихся мастеров. — А вы сдавайте назад и прикроете меня. Джим, заряжай сразу самым крупным. Знаю, ты с собой его взял.
Открыв дверь, я вышел из машины, прошёл немного вперёд и похлопал по капоту. Машины неспешно начали сдавать задним ходом. Из бронетранспортёров высыпали люди, по большей части знакомые. Такое чувство, что Фудзивара решили выступить всем кланом. Шесть мастеров, включая главу рода. Не видно только его старшего сына.
— Господин Фудзивара, — поздоровался я, когда он вышел из внедорожника вместе с телохранителем. Только в этом случае защитник был куда слабее главы клана.
— Господин Матчин, — кивнул он, прошёл немного навстречу.
