– Так, слушайте, – прерывает нас Такер, его южный акцент становится четче. – Я не злюсь, на самом деле я думаю, это хорошая идея.
Гаррет и Логан таращатся на него. Я удивленно моргаю.
– Правда?
– Да. – Он подносит бокал к губам, глядя на меня поверх края, пока делает глоток. Я не вижу в его карих глазах никакого подвоха. – Это вроде как романтично.
– Что я говорил! – вскрикиваю я, чувствуя себя оправданным.
Он опускает бокал в держатель рядом, затем кладет обе руки на колени и склоняется вперед с серьезным выражением лица.
– Думаю, ты должен сделать это.
– Подожди, ты серьезно?
– Почему нет? Мы с Сабриной будем рады разделить с вами свою свадьбу. И знаешь, это открывает столько новых возможностей. Подумай об этом. Все ваши великие достижения мы сможем разделить вместе. Например, когда вы с Элли поженитесь? Мы будем на вашей свадьбе и объявим о том, что ждем второго ребенка. А когда ты объявишь, что Элли беременна? Мы будем там и объявим о том, что покупаем новый дом.
Логан давится шампанским на половине глотка. Я щурюсь.
– Я понял.
– Нет, погоди, дальше еще лучше, – с энтузиазмом говорит Такер. – Когда Элли будет рожать вашего первенца, угадай, кто будет рядом! Снова мы, чтобы показать тебе нашу новую собаку, которую назовем в честь вашего ребенка, чтобы отдать вам должное. А когда ваш малыш подрастет, окончит колледж, обручится и устроит свадьбу, я буду сидеть в первом ряду. И изображать сердечный приступ.
Логан качает головой в крайнем изумлении.
– Матерь Божья. Так – социопат. Разве я не говорил, что все рыжие – чокнутые?
Гаррет впадает в истерику.
– Ладно, я понял, – бормочу я.
Улыбка Такера совершенно убийственна.
– Понял, Ди Лаурентис? Потому что если завтра ты расстроишь Сабрину, попросив Элли выйти за тебя, я буду там, и я всегда буду там. На каждом углу буду портить каждый важный момент твоей жизни до самой твоей смерти. А потом, на твоем смертном ложе, я совершу самоубийство как раз перед твоей смертью, просто чтобы украсть у тебя и это. Что думаешь, чувак? Как тебе такое будущее?
Гаррет бросает на меня самодовольный взгляд.
– А я тебе говорил.
Ну что ж. Он был прав. И, очевидно, Логан тоже. А Так сидит, пьет шампанское и улыбается мне, как будто не угрожал только что совершить самоубийство перед моим смертным ложем.
Рыжие – психопаты.
Через пятнадцать минут лимузин притормаживает, потому что мы уже прибыли. Когда Такер пытается выглянуть в окно, Логан придерживает его за руку и предостерегает:
– Нельзя.
– Вы что, устроите мне прогулку по доске? – Такер морщит лоб от любопытства.
– Об этом не беспокойся, малыш, – таинственно говорит Гаррет.
– «Малыш»? – Такер фыркает. – Я такой же здоровяк, как и вы, засранцы.
Я тянусь в карман рубашки за повязкой, которую спрятал там заранее.
– Ладно, завязываем глаза.
Он вскидывает брови.
– Да, мать вашу, ни за что.
– Сколько недоверия. – Логан цокает языком.
Гаррет ухмыляется.
– Обещаем, это не кончится тем, что тебя бросят в лужу с желе или чем-то в этом роде.
Такер окидывает нас взглядом. Он, должно быть, решил, что может доверять нам, потому что кивает и послушно позволяет мне проверить, не видно ли из-под повязки. Я завязываю ее очень туго в отместку за его безумный монолог.
После того как мы выскакиваем из лимузина, Логан берет Такера за руку, чтобы он не споткнулся и не упал лицом вниз. Пока мы идем ко входу для игроков «ТД-Гарден», я подпрыгиваю, словно малыш, наевшийся сладостей. Сегодняшняя ночь не только для Така. Она для всех нас.
Голоса отражаются от бетонных стен. Нам дали доступ в зону для посетителей, лучшее, что Гаррет смог сделать, но, будьте уверены, я не жалуюсь. Чтобы удовлетворить просьбу Гаррета, было сделано все возможное. Очевидно, лучший бомбардир команды имеет свои преимущества. Интересно, что бы ему дали, если бы он был лучшим бомбардиром лиги? Может быть, ключ к городу. Но пока что честь лучшего бомбардира в этом сезоне принадлежит Джейку Коннелли из Эдмонтона. Коннелли не без причины прозвали «молнией на коньках». Первый же его сезон стал взрывным.
Мы подходим к двери раздевалки. Когда Гаррет стучит костяшками пальцев, голоса за дверью тут же замолкают.
Ничего не видящий Так осторожно двигает головой туда-сюда.
– Что, черт возьми, происходит?..
Коротко хохотнув, Гаррет открывает дверь, и мы с Логаном ведет Така внутрь. Я едва не визжу как девчонка-подросток при виде моря знакомых лиц, которые приветствуют меня. Мне требуется вся сила воли, чтобы сохранять спокойствие, и я вижу, что мое волнение отражается в каждом взгляде. Я прижимаю палец к губам, показывая всем, чтобы держали рот на замке.
– Готов? – спрашивает Гаррет Така.
– Всегда готов, – протягивает тот.
Кто-то смеется.
В тот момент, когда Такер опускает бандану, оставляя ее болтаться на шее, его дыхание резко прерывается. Разинув рот, словно рыба, он смотрит на больше тридцати парней, набившихся в раздевалку. Затем он расплывается в самой широкой, легкомысленной улыбке, которую я когда-либо видел.
