Официанты приносят первую порцию сэндвичей на экстравагантных трехъярусных подносах. И следующие полтора часа подносы продолжают прибывать. Я чувствую себя так, словно играю в сцене из «Аббатства Даунтон», когда жую крошечные бутерброды с огурцом и миндальные печенья. Несмотря на то что сегодня – день Сабрины, Джейми – звезда этого утра. Она чрезвычайно умна и так чертовски мила, что напоминает мне Такера. И как раз в тот момент, когда я думаю, что нет ничего милее, я понимаю, что у нее появилась странная новая привычка спрашивать всех, все ли с ними в порядке, что она продолжает делать, прыгая вокруг стола.
– Ты в порядке, тетя Саманта? – спрашивает она, останавливаясь рядом со стулом Саманты.
Подруга Сабрины по Гарварду явно борется со смехом.
– Все замечательно. Спасибо, что спросила.
– Всегда пожалуйста.
С широкой лучезарной улыбкой Джейми пересаживается на соседний со мной стул.
– Ты в порядке, тетя Элли? – требовательно спрашивает она.
Мои губы слегка изгибаются.
– Великолепно, принцесса.
Она двигается дальше.
– Ты в порядке, тетя Анна?
Ханна снисходительно улыбается.
– Я в порядке, конфетка.
Джейми переходит к следующей в очереди.
Я смотрю на Сабрину и говорю:
– Она намного спокойнее, чем в последний раз, когда я ее видела.
Это было осенью, Джейми вела себя ужасно, носилась по комнате и проказничала.
– Поверь мне, это по-прежнему кошмар, – отвечает Сабрина. – Я позаботилась, чтобы она поспала после завтрака. Постаралась утомить ее, прежде чем ехать сюда, чтобы она была поспокойнее.
Наши официанты возвращаются, чтобы наполнить чашки, и разговор переходит от Джейми к сегодняшнему свадебному приему. Сама церемония состоится примерно за час до этого, но там не будет гостей. Только Сабрина, Такер и мать Такера.
Факт, из-за которого Карин дуется.
– Поверить не могу, что мы не увидим, как вы венчаетесь.
Хоуп фыркает.
– А я могу. Скорее уж нельзя поверить в то, что эта су… С-У-К-А станет изливать свою любовь перед толпой в двести человек.
Сабрина улыбается в ответ.
– Ты хорошо меня знаешь, Безнадега. – Она пожимает плечами. – Это был компромисс. Так получает пышную свадьбу, а я признаюсь ему в любви без того, чтобы на меня пялилось четыреста пар глаз.
Саммер рядом со мной тоже дуется.
– Я так завидую, что ты выходишь замуж, – говорит она Сабрине. – Честно, поверить не могу, что Фитци так и не позвал меня замуж. Вот это выдержка.
Я вскидываю бровь.
– Тебе всего двадцать два, – напоминаю я.
Она перебрасывает через плечо свои шелковые золотистые волосы.
– И? Двадцатидвухлетним нельзя выходить замуж?
– Нет, конечно нет. Просто… Ты еще молода. Мне скоро будет двадцать пять, и я точно не хочу сейчас замуж.
Саммер легкомысленно отмахивается.
– Двадцать пять? О боже. Да ты практически старая дева. – Блеск в ее зеленых глазах говорит мне, что она шутит. – Я просто всегда представляла себе, что выйду замуж молодой. И стану молодой мамой, – признается она. – Я хочу по меньшей мере четверых детей.
– Четверых? – бормочу я.
Она сияет.
– Четверых здоровенных парней, таких же, как их отец.
Сабрина усмехается.
– Скажи мне это после первого. Посмотрим, захочешь ли ты еще троих.
Саммер отстаивает свою позицию.
– Мне нравится, что у меня два брата. А Фитц – единственный ребенок, и думаю, ему понравится иметь большую семью. – Она выпячивает нижнюю губу. – Но глупо об этом думать, потому что этот придурок не зовет меня замуж. – Она задыхается от ужаса. – О боже! А что, если он не считает меня «той самой девушкой»?
Прежде чем кто-либо успевает ответить, она прерывисто вздыхает, а затем начинает смеяться.
– Ладно, это просто безумие. Конечно, я – «та самая девушка». Боже.
Я просто киваю. Я давно уже в курсе, что Саммер Хейворд Ди Лаурентис способна вести сама с собой целые диалоги.
Внезапно она поворачивается ко мне.
– Погоди. Ты что, хочешь сказать, что не выйдешь замуж за Дики, если он попросит тебя об этом прямо сейчас? – с вызовом спрашивает она.
Детское прозвище Дина заставляет меня улыбнуться.
– Ну, он не просит, так что об этом тоже глупо думать.
– Но если бы он попросил? – настаивает она. – Ты не скажешь да?
– Я… Я не знаю. Честно говоря, я, вероятно, даже не позволю ему сделать это.
– Правда? – Ханна смотрит потрясенно.
Я пожимаю плечами, потому что не знаю, как выразить это словами.
– Не то чтобы я не любила Дина. Конечно, я его люблю. И, конечно, я предвкушаю, как мы однажды поженимся и заведем семью. Однажды – ключевое слово.
Вскинув бровь, к разговору присоединяется Грейс.
– Хочешь сказать, что он, возможно, не «тот самый парень»?
Это заставляет Саммер зарычать.
– Тебе лучше не говорить этого, потому что я уже придумала наши рождественские наряды невесток.
– Я этого и не утверждаю, – протестую я. – Дин – абсолютно «тот самый парень». Между нами все решено. Но для меня обручение – не просто один шаг. Это что-то вроде трех шагов, соединенных в один. За помолвкой должна немедленно последовать свадьба, за которой – создание семьи. А я не готова ни к одному из этих шагов. Стать матерью в ближайшем будущем – звучит ужасно. – Я бросаю взгляд на Сабрину. – Без обид.
