– Потому что для меня это все связано. Помолвка – шаг к свадьбе, а свадьба – шаг к ребенку, и прямо сейчас я ничего из этого не хочу.
– То есть ты хочешь сказать, что, если я вытащу из кармана эту коробку и попрошу выйти за меня, ты ответишь нет? – тон у него такой же нейтральный, как и выражение лица.
В моей груди что-то странно сжимается, от чего болит сердце. Я никогда не предполагала, что мне придется отвечать на подобный вопрос. Я думала, что, когда он сделает предложение, мы оба будем готовы. И он будет знать, что мы оба готовы, потому что я всегда, всегда говорю ему, что чувствую. Очевидно, он просто предпочел игнорировать это.
– Я скажу… «может быть»? – заикаюсь я. – Я не знаю, Дин.
– Ты скажешь «может быть»? – Голос у него как лезвие ножа. Глаза – темные и блестящие. – Поверить не могу, что ты это сказала.
Я сжимаю челюсть.
– А я поверить не могу, что ты не слушал, когда я говорила, что не готова к помолвке.
Дин вздыхает. Смотрит на меня какое-то мгновение. Я замечаю боль в его глазах и знаю, что причинила ему боль. Но он быстро скрывает это, выражение его лица меняется, когда он хватает свой все еще полный бокал вина и выпивает залпом половину.
Все еще сжимая бокал, он снова встречается со мной взглядом.
– Ты меня любишь?
Я пялюсь на него с недоверием.
– Ты знаешь, что люблю.
– Ты видишь меня в своем будущем?
– Ты знаешь, что вижу.
– Но ты не хочешь за меня замуж.
Мое разочарование возвращается с полной силой.
– Ты знаешь, что я хочу за тебя замуж. Просто не прямо сейчас.
– Какая разница, сейчас или через год? – спрашивает он с вызовом.
– Я серьезно должна объяснять это снова? Я буквально только что сказала тебе, что я чувствую по этому поводу. Ты просто выбираешь не слушать! – Я вздыхаю, пытаясь успокоиться. – Каждый раз, когда мы обсуждали это раньше, ты говорил, что можешь подождать.
– Ну, может, я не могу ждать. Может, я хочу жениться.
– И почему все всегда крутится вокруг твоих желаний?
– Нет, очевидно, все всегда крутится вокруг твоих желаний.
– Ерунда. – Теперь он ведет себя по-свински. – Мы все время находим компромиссы. Наши отношения всегда строились по принципу пятьдесят на пятьдесят. Дин, ты это знаешь.
– Что я знаю, так это то, что я хотел сделать своей девушке предложение сегодня, а она не хочет и слышать об этом, так что… к черту все это.
Он со стуком ставит бокал на стол и отодвигает стул. Он даже не смотрит на меня, когда встает и направляется к двери.
– Дин! – кричу я вслед.
Но он уже вышел из роскошной столовой. Мгновение спустя я слышу, как звякнул лифт, спускающийся в отель «Хейворд-Плаза».
Я сижу на месте, пялясь на пустой стул Дина, и спрашиваю себя: что, черт возьми, только что случилось?
Элли
Дин со мной не разговаривает. Прошло два дня с момента несостоявшегося предложения, и он совершенно определенно игнорирует меня. Что еще хуже – в последние пару дней у нас ранние утренние съемки, а это значит, что я должна вставать в четыре утра, чтобы успеть в студию к пяти часам. Поскольку Дину в школу к восьми, он крепко спал оба дня, когда я уходила. И оба дня, возвращаясь с работы, он отказывался общаться со мной.
Он ведет себя как ребенок. Он даже не пытается понять мои доводы или признать, что я, возможно, не готова к свадьбе или помолвке и всей этой взрослой ерунде.
Так что после сорока восьми часов жизни в мавзолее, когда Тревор пишет мне, приглашая в клуб с еще несколькими звездами, я благодарна за эту возможность отвлечься. Я отвечаю, что приеду, и мы договариваемся, как будем добираться до места, чтобы он подхватил меня по пути в Сохо.
Конечно же, в тот момент, когда Дин находит меня в спальне надевающей блестящее платье, он тут же решает, что снова разговаривает со мной.
– Куда идешь? – бормочет он, прислоняясь к косяку нашей гардеробной.
– В клуб. С Тревором, Серафиной и Малкольмом. И, может быть, Эви. Хочешь пойти со мной?
– Нет. – Его каменный взгляд следит, как я надеваю пару туфель на высоком каблуке.
– Уверен? – нажимаю я.
– Да.
Если он продолжит в том же духе, я начну рвать на себе волосы. Стиснув зубы, я пытаюсь в миллиардный раз поднять эту тему.
– Пожалуйста, мы можем поговорить об этом?
– Не о чем разговаривать. – Дин пожимает плечами и уходит.
– Нам надо обсудить кучу всего! – Я бегу за ним, когда он выходит из спальни.
Он останавливается, бросая беглый взгляд через плечо.
– Я сделал предложение, ты сказала нет, – ровно отвечает он.
– Нет, я даже не дала тебе сделать предложение. Я сказала тебе не делать его.
– Это даже хуже, Элли! – рычит он. – Я пошел к твоему отцу и получил его благословение! Ты хоть представляешь, каким болваном я себя чувствую? – Он проводит обеими руками по волосам.
Челюсть у меня отвисает. Я впервые слышу об этом. Он не упомянул о поездке к моему отцу в ночь, когда пытался сделать предложение.
– Ты попросил у отца благословения?
– Конечно! Вот насколько серьезно я рассматриваю наши отношения. Я люблю тебя. Для меня это навсегда. Я просто не хочу иметь дело с…
