Немного позже, поднимаясь по лестнице, ведшей в девичьи спальни, Элли думала, что не верит словам Изабеллы и, придя к ней, поступила неправильно. Удрученная произошедшим и погруженная в невеселые мысли, она не заметила, как кто‑то приблизился к ней сзади и взял за руку. Пронзительно вскрикнув, она высвободила руку и в эту минуту услышала подозрительно знакомый негромкий чувственный смех.
— Извини, если испугал!
Она повернулась и увидела стоявшего ступенькой ниже Картера, улыбавшегося ей своей знаменитой сексуальной полуулыбкой.
«Вот дьявольщина!»
— Нет, — сказала она. — Не испугал. Просто твое появление здесь было несколько неожиданным.
— Я тебя весь вечер искал, — продолжил Картер, вновь беря ее за руку и сплетая ее пальцы со своими. В этой связи она задалась вопросом, почувствует ли он, что у нее вспотели ладони. — Ну, сначала я занималась, потом решила немного размяться, отправилась на прогулку по первому этажу, встретила Изабеллу, и мы… немного поболтали.
— Вот как? — Выражение лица Картера нисколько не изменилось. — И о чем же вы болтали?
Шум на лестнице: чей‑то смех, разговоры, восклицания, — будто отодвинулись от нее, и она почти их не слышала. В этот момент только одна мысль занозой засела у нее в мозгу: она не может сказать ему правду. Потому что ей невмоготу видеть у него на лице выражение смятения и боли от того, что его предали.
— Так… Обо всяких пустяках, — пробормотала она замороженным голосом. — Просто я стала отставать по математике и хотела, чтобы она немного со мной позанималась.
— Ай‑ай‑ай! — Он помахал у нее перед носом указательным пальцем. — Непорядок! Мисс Шеридан отстает по математике… Держу пари, что Изабелле это не понравилось.
— Это точно… хи‑хи… — Элли словно со стороны слышала собственный резкий, насквозь фальшивый смех. — Короче, она сказала, чтобы я больше занималась сама, и помогать мне отказалась.
— Что и говорить, глубокомысленный совет.
Он стоял ступенькой ниже, и ей пришлось наклониться, чтобы заглянуть ему в глаза. При этом ее пронизало чувство вины.
«Я только что соврала Картеру. Впервые за время нашего знакомства».
Повинуясь внезапно возникшему импульсу, она протянула руку и провела ладонью по его мягким темным волосам. В следующее мгновение он обхватил ее за талию и привлек к себе. Она же наклонилась чуть ниже, чтобы поцеловать его.
— Наступает комендантский час! — Металлический голос Желязны, раскатившийся эхом по этажу, рассек, словно саблей, ее спутанные мысли и, казалось, воткнулся ей в мозг.
— Идиот, — прошипел Картер сквозь стиснутые зубы.
В следующее мгновение в школе поднялась страшная суета. Ученики выбегали из библиотеки, столовой и комнаты отдыха и устремлялись к лестницам, ведшим в спальные помещения. Но Картер не выпустил Элли из своих объятий, продолжал гладить по спине, и от его прикосновений по всему ее телу распространялись искры.
— Как бы мне хотелось укрыться с тобой в каком‑нибудь тихом месте, где мы могли бы побыть наедине. — Он притянул ее к себе с такой силой, что ее ухо оказалось в дюйме от его губ. — Если ты не очень устала, не могу ли я прийти к тебе в комнату, когда все успокоится?
Элли сильно сглотнула. Ей пришлось ему солгать. Сможет ли она после этого как ни в чем не бывало целоваться и болтать с ним?
«Кажется, Элоиза говорила, что люди постоянно так поступают».
Возможно, многие действительно так делают, но она, Элли, на подобное не способна.
— Серьезно, Картер, — сказала она. — Я и вправду здорово отстала по математике, и мне необходимо срочно ее подтянуть. Иначе преп напишет на меня докладную.
«Ложь номер два».
Картер, само собой, проглотил и ее.
«Ясное дело, проглотил. Потому что он мне доверяет».
Когда она бежала по коридору в направлении девичьих спален, сердце так тяжело билось у нее в груди, что это, казалось, тормозило ее движение. И в самом деле, мгновениями ей вдруг становилось невыносимо трудно переставлять ноги.
Итак, она солгала Картеру. А ведь несколькими минутами раньше и представить себе не могла, что такое возможно. Боже! Как же в этом мире все сложно и запутанно.
Проникнув в свое относительно безопасное и уединенное пристанище, она захлопнула дверь и оперлась о нее спиной. Потом посмотрела на себя в зеркало, висевшее рядом с дверным проемом, и свела на переносице брови.
«Что же ты, девочка, наделала, а?»
Разумеется, она должна была сказать ему правду.
Впрочем, правда сама выплывет на свет после того, как Изабелла переговорит с ним. И когда он поймет, что она ему солгала…
Поток холодного воздуха заставил ее содрогнуться, и она быстрым шагом прошла к окну, чтобы закрыть его. Открытая ставня от сильного ветра то и дело со стуком соприкасалась со стеной. Ветер также принес с улицы дождь, и столешница стоявшего у окна письменного стола оказалась влажной.
А затем почти одновременно произошли две вещи. Она вспомнила, что окно сегодня не открывала, и увидела лежавший на краю стола конверт.
