– Простите, я опоздала, – Энни поклонилась ей до земли. Она подняла голову и осмотрелась.
Картина была не из весёлых. Здесь оказалось слишком много гостей, а ей было сказано, что будут лишь приближённые главной ведьмы и несколько её учеников.
– Подойди, Энни. Ты как раз вовремя, – Юнклида взяла её за руку и как малое дитя подвела к разгорающемуся огню.
– Начнём, – проговорила она.
– Простите, я не нарочно, – оправдывался Паторс. Он ненароком чуть не отдавил ноги одной очаровательной молодой ведьме, взгляд которой заставил его на миг забыть о Валок, идущей за ним следом. Зато ему досталось коронное место впереди.
– Я не буду долго объяснять. Все не первый раз присутствуют на нашем сборище. Поэтому перейдём к главному, – Юнклида подняла руку, после чего было недолгое молчание, и никто не двинулся с места; казалось даже, все задерживали воздух, чтобы не дышать, дабы не отвлекать главную ведьму.
– Так, на чём я остановилась? Ах да… Вот еще что, – её раскалённые чёрные глаза пробежались по небольшому кругу приближённых гостей и остановились на Валок.
– По нашему закону никто не имеет права помогать и вмешиваться. Надеюсь, это понятно и без моих слов. Тот, кому в голову придёт нарушить таинство, будет иметь дело со мной.
– Даже сестрам не положено вмешиваться, – продолжала она, не отрывая взгляда от девушки, будто та стала ей костью в горле.
– Пусть твой язык отсохнет! – подумалось Валок.
Ведьма вдруг поперхнулась, выпила глоток речной пресной воды, кинула бунтарский взгляд на девушку, так как знала виновницу этой детской и наивной шалости. Ну, ничего страшного. Ночь ведь еще только начинается.
Энни сделала шаг к огненному столбу. Её ноги привязали крепкой верёвкой. Хорошо, что ей разрешили немного ослабить повязку на глазах, и это позволило ей видеть всё происходящее. Она так боялась, но страх – ничего по сравнению с разочарованием отца, если она не справится. Сначала ей было как-то не по себе, она не понимала от рассеянности, с чего начать защищаться от красных языков пламени. Потом всё пошло как по маслу. Она выставила защиту в форме зеленого яблока вокруг себя, что позволило сперва ненадолго расслабиться, выиграть время для следующей защиты и показать себя в качестве ведьмы, а то подумают еще, что она не способна найти в экстремальной ситуации что-то более сильное. Энни важно было доказать всем, что у неё действительно есть определенные способности ведьмы. Отец ведь совсем не имел влияния на Юнклиду, что, с одной стороны, положительно его характеризовало, а со второй – ждать поблажек не приходилось.
«Да мне это и не нужно», – крутились мысли в голове.
Другая бы не думала вовсе о такой мелочи, а вот у неё это плохо выходило. Всё равно как, только бы отвлечься, то есть избавиться от мысли, что её защита рухнет и тело сгорит.
Валок пристально наблюдала за Энни, будто это была её битва. Понятно, кто бы пригласил её, если б не её ведьмовская кровь. Руки так и чесались хоть немного ослабить верёвку на ногах и охладить жаркое пламя, но она была на виду у ведьмы, поэтому сидела тихо и не вмешивалась. Только пока её мысли сопрягались с Энни, произошло то, что заставило её переступить через своё ведьмовское слово не нарушать таинство обряда.
– Ну, как тебе представление? – тихонько прошептал Паторс, наклонившись к Валок.
Её это не разбудило. Напротив, она наблюдала за хрупкой девочкой, крики которой звучали в её голове. По виду ей было несколько лет, волосы светлого цвета, пухленькая мордашка и ямочка на правой щечке. Прелестное создание. Потом громкий голос ребёнка раздался заново, только по-другому: не с радостным смехом, а с криком о помощи. Тёмный силуэт схватил её за горло и начал душить со всей силы. Его острые когти вцепились так крепко, что отцепить почти невозможно. И некому было помогать. Это ведь был не их мир, а параллельный. А как было ей известно, чтобы помочь мёртвому человеку, надо сначала умереть. Валок долго смотрела в глубину огня, её глаза начали болеть от напряжения, а душа от переживаний. Потом она вернулась к реальности.
Энни всё еще на костре. Вроде бы ничего не пропустила.
– Держись, Энни. У тебя всё получится.
Энни устала держать своим телом защиту. С её помощью она продержалась несколько часов, а последние минуты дались слишком тяжело. Казалось, прошло не несколько минут, а несколько лет, а то и столетий. И она понимала, что за это время, несмотря на то, что её длинные волосы не сгорели, прическу украсили несколько седых прядей.
«Осталось совсем немного», – повторяла она про себя. Даже начала перемещать невидимый круг со стороны в сторону, дыбы добавить себе силы. Правда руки слишком ослабели от сильного напряжения, стали поддаваться огню, что привело её в замешательство, даже началась паника.
«Только не сдаваться», – она скривила своё лицо, затем заставила себя улыбнуться и кинула взгляд на Валок, прося о помощи.
Нет, так не должно закончиться. Валок поднялась.
– Простите, дайте пройти.
– Да что это такое! – возмутился рядом сидящий.
