— Они не здесь, они отдыхают. У него не было никакого оружия. Никто, кроме персонала самого корабля, не должен иметь при себе оружия во время путешествия через варп, — сказала Домаса, бодро игнорируя хеллган Черрика, его пояс с гранатами и игольник, рукоять которого она все еще сжимала в руке. — Но псайкеры тоже не отваживаются чрезмерно напрягать волю в варпе, когда их и Худшее из Морей разделяет лишь толщина поля Геллера.
— И благоволение Императора, — вставила Ксана Фракс, стоявшая за плечом своего мужа со скрещенными на груди руками.
— Хорошо, и это тоже, — уступила Домаса. — Но все равно, хватать силу своим разумом на корабле, находящемся в варпе — это как палить во все стороны крак-снарядами, сидя в челноке. Именно поэтому мы и ждали, пока не войдем в варп, прежде чем пойти за ним. Правда, когда мы добрались до купола Псайканы, он уже успел удрать.
— Что он сделал?
— Мы немного рисковали с микрошоком, да, Черрик? Но оно того стоило, нам надо было гарантировать, что он не сможет сконцентрироваться, — Домаса говорила так быстро, что слова чуть не сливались друг с другом. Варрон никогда не видел ее настолько возбужденной.
— Что он сделал?
— Но я не думаю, что это был такой уж большой риск, в смысле, если бы он был в каком-то другом месте, но лебедочный колодец, там довольно-таки тяжелая машинерия, и микрошок вряд ли мог бы повредить металл, и мы рассудили, что стоит попробовать.
— Да, это было мое решение, — вставил Черрик, не слишком тонко надавив на «мое».
— Что он
Голос Ксаны на этот раз был достаточно громким, чтобы все остальные это заметили. Домаса спохватилась, прежде чем рефлекторно выдать презрительную ухмылку, и поклонилась.
— Мои извинения, госпожа Фракс, все эти события меня немного взвинтили. Он выслал астропатическое сообщение, как только мы прошли зону комет. Никто из тех, кто по-настоящему
— Я не понимаю, почему вы это сделали, — сказал Варрон. Он сцепил руки перед собой, и они были напряжены от беспокойства. — Что нам скрывать? Вы мне сами сказали, что это встречное требование — просто ерунда. Если наша позиция прочнее, то какая разница, кто и что об этом знает? И о нас?
Рот Домасы открылся и через миг закрылся.
— Пролегис Магал поделился со мной кое-чем из того, что Администратум знает о нашем пункте назначения, — сказала она, помедлив. — Помимо всего прочего, он сказал, что та женщина-арбитр, которая будет руководить передачей наследства — напомню вам, что это она будет судить, являетесь ли вы вообще наследником хартии — из порядочных. Не как некоторые Арбитрес, с которыми сталкивался мой дом, те, что любят обзаводиться тайными информаторами и совершать полночные налеты. Эта Кальпурния, очевидно, та еще дотошная стерва. Если бы подобному человеку захотелось знать, кто летит на корабле, он бы послал сюда герольда Арбитрес, чтобы тот долбился в обшивку, пока мы не вручим ему список. Она просто обожает вламываться туда, где не имеет права находиться, и давить там на всех своим авторитетом, так я слышала, — Домаса повернулась, и подол ее желтовато-коричневой юбки дернулся, когда она ткнула Симозона ногой. — Нет, если наш дружок на кого-то шпионил, то не на Арбитрес. А на того, кто пытается утянуть из-под ваших ног наследие вашей семьи. Неужели вы действительно хотите спустить им это с рук?
— И как же вы собираетесь все это подтвердить? — спросила Ксана, пока Варрон глядел на обмякшее тело Симозона. — Что он вам рассказал? Разве не должно быть каких-то улик, что у него есть связи с… с какими-то возможными заинтересованными лицами?
— Ничего на нем самом, ничего в его келье, — встрял Черрик. — Но Телепатика Гунарво прислала его на борт в последнюю минуту, в качестве замены. Они не так уж часто такое делают. Кто-то потянул за ниточки, помяните мое слово.
Домаса кивнула в знак согласия.
