Наследие полностью

– Давай не будем говорить об этом сегодня, хорошо?

– Ну, хорошо.

– Как дела у Бет?

– Не блестяще. Хотя сейчас получше. Пару дней назад мы ходили на вечеринку в лагерь, и она немного поболтала с Динни. Мне показалось, она как-то взбодрилась. А сейчас, когда вы с папой тоже здесь…

– Вы ходили на вечеринку к Динни? – недоверчиво переспрашивает мама.

– Да. А что такого?

– Не знаю… – Она мнется. – Просто как-то странно после стольких лет… возобновить общение, снова водить с ним компанию…

– Мы не водим с ним компанию. Но мы теперь соседи. Надолго, между прочим. Он… у него все нормально. Он мало изменился, и я тоже, так что… – На миг я впадаю в панику, боюсь, что покраснею.

– Он был так влюблен в Бет, ты же помнишь. В прошлом, когда им было по двенадцать, – говорит мама и улыбается своим воспоминаниям. – Говорят, первая любовь не забывается.

Я залпом допиваю шампанское, тянусь за бутылкой. Щекам все еще жарко, нос щиплет, я вот-вот расплачусь.

– Что-то заболтались мы с тобой. А картошка ведь сама собой не почистится, – говорю я шутливым тоном, протягивая маме один из двух ножей.

– Бет долго будет отдыхать?

– Может, еще часок. Как раз столько, чтобы увильнуть от чистки картошки, это уж точно.

Я щурю глаза, вглядываюсь в сгущающуюся темноту. Еще нет и пяти часов, но я нетвердо стою на ногах. Они у меня разъезжаются, цепляются за невидимые ветки и корни. Я отправилась на поиски Эдди. Подхожу к лагерю, но там все тихо. Останавливаюсь, соображая, кто в каком фургоне живет. К тому же все они стоят так близко один к другому, словно объединились против всего мира, что я не решаюсь подойти ближе, постучать и спросить о Гарри. Захожу было в лес, но там уже совсем стемнело. Надо было прихватить фонарь. Ночь опускается быстро, свет гаснет, как будто устал.

– Эдди! – зову я, но голос звучит тихо.

Я представляю себе бригады поисковиков, которые прочесывали этот лес двадцать три года назад. Прошло уже пять дней, но они продолжали работать. Лица у всех были сосредоточенные, собаки рвались с поводков, рации пощелкивали и свистели.

Генри! – их крики были громче и далеко разносились, но звучали неестественно, будто все уже понимали, что выкликают его имя впустую, что крик достигает только их же собственных ушей. Погода в те выходные была скверная, конец августа, как-никак. Ураган «Чарли», зацепивший хвостом Англию, обрушил на страну дожди и ветер.

– Эд! – снова кричу я изо всех сил. Когда я перестаю топать своими ножищами, воцаряется просто изумительная тишина.

Выхожу из леса позади Росного пруда. На горизонте неясно высится курган. Я огибаю поле по краю, вдоль изгороди, снова поворачиваю к дому. Постепенно глаза привыкают к темноте, и я различаю стоящие у воды фигуры. Две большие, одна маленькая. Я хватаю воздух ртом, по спине ползет ледяной холод. Только сейчас понимаю, как мне было страшно. Гарри, Эдди, Динни. Каждый из них мог бы стать героем рассказа о приключениях мальчишек. И вот они, все вместе, у Росного пруда. Бросают камушки в темную воду в праздник Рождества.

– Кто здесь? – окликает Эдди, когда они замечают меня. Голос тонкий, совсем детский.

– Это я, балда, – отвечаю я, подтрунивая не столько над Эдди, сколько над своим страхом.

– Ой, привет, Рик.

Гарри странно ухает – это, кажется, первый настоящий звук, который я от него слышу. Он подбегает ко мне в несколько больших нескладных прыжков. Затаив дыхание, я слежу за ним, боюсь, что он поскользнется, но Гарри не падает. Он вручает мне камешек, плоский, почти треугольной формы. Я представляю, как он улыбается.

– Он хочет, чтобы ты тоже попробовала бросить, – объясняет Динни.

Я осторожно подхожу к ним. Потом несколько раз переворачиваю в ладони камень. Он теплый и гладкий.

– Я пришла за Эдди. Ему давно пора домой – уже совсем стемнело, – бурчу я, обращаясь к Динни. Я раздражена и все еще сержусь. Вода – просто густая тьма почти у нас под ногами.

– Просто дай глазам привыкнуть, вот и все, – подбадривает меня Динни.

Они втроем продолжают швырять камни в плоскую черную воду, считают белые всплески в сумерках.

– Хватит, нам все равно пора. Мои родители приехали…

– Да? Передай им от меня привет.

– Обязательно передам. – Я встаю рядом с Динни, так близко, что наши рукава соприкасаются. Возможно, я слишком напираю, но мне плевать. Мне просто нужно что-то, чтобы ухватиться, уцепиться и устоять на ногах. Я слышу дыхание Динни, слышу даже, как на него отзывается эхо со стороны пруда.

– Ты что, не бросишь даже один камень? – Динни кажется странным мое упрямство, в голосе звучит удивление.

– Я и воду-то почти не вижу.

– Ну и что? Ты знаешь, она там. – Он искоса глядит на меня. Вижу только силуэт, и мне хочется дотронуться до его лица, чтобы проверить, улыбается ли он.