...Странный мир. Красивый и жестокий мир. Здесь оживают легенды. Здесь при королевском дворе интриги плетутся не с помощью яда и клинка, а с помощью Высокой магии. Здесь войны ведут не армии, но - могущественные чернокнижники и ведьмы... Теперь этот мир стоит на грани катастрофы, и спасти его предначертано девушке, пришедшей из иной - нашей! - реальности. Здесь ее считали сумасшедшей... Там ее называют избранной...
Сара Зеттел
Наследие чародея
(Изавальта - 1)
Пер. с англ. З. Вотяковой под ред. Ю. Буркина
...Странный мир.
Красивый и жестокий мир.
Здесь оживают легенды. Здесь при королевском дворе интриги
плетутся не с помощью яда и клинка, а с помощью Высокой магии.
Здесь войны ведут не армии, но - могущественные чернокнижники и
ведьмы... Теперь этот мир стоит на грани катастрофы, и спасти его
предначертано девушке, пришедшей из иной - нашей! - реальности.
Здесь ее считали сумасшедшей...
Там ее называют избранной...
Памяти Иды Льюис,
служившей смотрителем
маяка в Лайм Роке, штат Род-Айленд,
с 1879 по 1911 год
Автор благодарит Безымянную писательскую группу за помощь и терпение. Спасибо Историческому обществу Бейфилда и смотрителям маяка Песчаного острова за помощь в исследованиях. Спасибо завсегдатаям таверны Гроэнка на Первой улице, которые оказались на месте в нужную минуту.
Отдельная благодарность Мэри Луизе Клиффорд и Дж. Кэндэйс Клиффорд, авторам труда "Женщины - смотрители маяков", послужившего в некотором роде толчком к написанию этой книги, а также Ли Мердок, чья интерпретация "Хранителя маяка" тоже сыграла не последнюю роль.
Глава 1
1 ноября 1899 года. Штат Висконсин.
Маяк на Песчаном острове.
Бриджит проснулась ровно в полночь. Глухо стучали ставни - на Верхнем озере* [Самое крупное (82 100 кв. км) и глубокое (наибольшая глубина - 405 м) озеро в системе Великих озер на востоке Северной Америки. Второе по площади бассейна (после Каспийского моря) озеро в мире. Прим. перев.] опять бушевала буря. Сквозь щели в оконной раме тянуло промозглым ноябрьским холодом. Свет маяка горел ровно, но, отраженный от беспокойной поверхности воды, судорожно метался бликами по стенам комнаты.
Маяк взывал к тем, кого угораздило оказаться на озере в такую ночь. Он будто кричал: берегитесь, здесь скалистый берег, здесь опасно! Однако предупреждению вняли не все. Бриджит закрыла глаза и внутренним взором увидела лодку с изорванным в клочья парусом. В ней метался человек: он пытался совладать с разбитым румпелем и направить суденышко к пристани, но его старания были тщетны. Волны неумолимо несли лодку к каменистой отмели.
Сердце Бриджит забилось сильнее. Она не сомневалась: видение, как всегда, правдиво. Отбросив одеяло, Бриджит босиком пробежала по холодному полу, схватила со стула шерстяные чулки, сдернула с крючков теплую юбку и свитер. Если бы не отблески маяка, в комнате было бы совсем темно. Но, несмотря на это, движения Бриджит были быстрыми и уверенными.
Под карнизом угрожающе завывал ветер. Совсем скоро озеро выбросит ярко раскрашенную скорлупку на камни и разобьет вдребезги. "Ну уж нет!" Бриджит распахнула дверь на винтовую лестницу. Каждый шаг по узорчатым железным ступеням гулким эхом разносился под потолком. "Сегодня озеру ничего не достанется".
Можно было разбудить экономку или ее сына, но Бриджит не стала тратить на это время, решив, что справится и сама. Накинув на плечи старый отцовский дождевик и сунув ноги в высокие растоптанные сапоги, она зажгла фонарь, отперла дверь и шагнула навстречу буре.
Ветер тут же набросился на нее, сбивая с ног. Он как будто пытался загнать Бриджит обратно в дом. Но она упрямо, хотя и медленно, двигалась вперед, и ветру оставалось только завывать от ярости и бессилия.
В воздухе пахло приближающейся зимой. Бриджит поежилась. На Верхнем озере бывали ночи и похуже, однако и нынешняя не сулила ничего хорошего.
По крутым деревянным ступенькам Бриджит спустилась к лодочному сараю, примостившемуся у самой воды. Черное озеро бурлило и пенилось, сливаясь с чернотой неба. Ледяные брызги окатывали Бриджит с головы до ног, слепили, не давали дышать. Она с трудом подавила дрожь: не хотелось, чтобы озеро решило, что она боится. Бриджит поглубже надвинула капюшон и подняла фонарь над головой, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть.
Дрожащий луч упал на край отмели, высветив лодку, под нелепым утлом торчавшую из воды. Мачта еще кое-как держалась, но рваный парус бестолково хлопал на ветру.
Бриджит осторожно ступила на скользкие камни и двинулась к лодке. Волны хлестали по ногам, юбка намокла и отяжелела, каждый шаг давался с трудом. Подхватив подол, Бриджит поспешила дальше.
Нос лодки лежал на каменистом берегу, в то время как корма находилась в воде, болезненно содрогаясь от накатывающих волн. Озеро тянуло лодку к себе, пытаясь завладеть бесчувственным человеком и навсегда спеленать его холодом.
Чудом не поскользнувшись, Бриджит добралась до судна и ухватилась за борт. Лодка была полна воды. Снасти, бочонки и сети плавали в ней, сбившись в кучу. На дне, лицом вниз, лежал человек.
Бриджит повесила фонарь на мачту, зацепив за какой-то обломок, и осторожно перевернула человека на спину. Нужно было убедиться, что ему в горло не попало ничего, кроме воды. Разжав бедняге челюсти, она засунула ему в рот палец. Незнакомец закашлялся. Бриджит поскорее перевернула его лицом вниз, чтобы желудок и легкие освободились от воды.
