И вдруг он увидел ее. Девушка, что светилась изнутри ярчайшим светом, даря ему силы сопротивляться навязанной воле.
— Кто ты? — голос не слушался его, а дыхание сбивалось.
Вдруг перед ним появился его старый друг — Кайст. Значит, он среди друзей, устало подумал темный. В этот миг ноги перестали его держать, и Тейт опустился на колени. Он уже не слышал, о чем его спрашивают, уплывая в полуобморочное состояние. Он только почувствовал, как его тело куда-то несут, а после — прохлада шелковых простыней. И яркое солнышко, что находилось рядом с ним. Тейту вдруг стало так спокойно, пришла мысль, что даже если он сейчас и умрет, то в кругу друзей, а не непонятно где.
Но ужасная боль вернула его обратно. Все внутри него горело пламенем бездны, но вместе с тем, эта боль несла в себе облегчение, и он терпел, пока силы окончательно его не оставили.
Первым, что он увидел, когда проснулся — был оракул, который согнувшись в три погибели спал на неудобном диване рядом.
— Джастис? — хриплый голос звучал, словно чужой.
— Очнулся? — потягиваясь спросил оракул.
— Что со мной и где я?
— С тобой уже все нормально. Полежишь пару дней, восстановишься и к осеннему балу будешь, как новенький. А находимся мы в академии.
— А она? Она же мне не приснилась? — с тревогой в голосе спросил Тейт.
— Нет. Не приснилась — протянул оракул, внимательно глядя на темного сквозь повязку — но пока рано тебе с ней видеться. Сейчас поешь, а то ты выглядишь, как плохое умертвие. Лея вряд ли оценит тебя по достоинству в таком состоянии.
— Лея… — покатал на языке ее имя Тейт — Ты сказал осенний бал?
— Да. Уже осень.
— Последнее, что я помню — начиналась весна…
— Потом поговорим. Тебе нужно набираться сил. А вечером мы все придем к тебе и расскажешь, как докатился до жизни такой.
— Хорошо.
Весь день темного пичкали полезной едой, целебными отварами и лечебной магией, что к вечеру он уже готов был взвыть от такой заботы, но приходилось все терпеть.
После ужина к нему стали заходить по очереди все друзья — Свейн, Вандиль, Кайст, Рауд и Джастис.
— Ну даже на человека похож стал — скривился в усмешке вампир.
— Рассказывай давай, что у вас происходит — потребовал Джастис.
Тейт выложил все, что помнил. Как пять лет назад в их клан пришел темный маг из пустошей — запретных земель темных. Отец и остальные старейшины сразу приняли его, а вот он с братьями заподозрил что-то неладное. Постепенно гость занял один из постов старейшины, и вроде вел себя вполне нормально, помогал клану в делах и прослыл преданным человеком. Они с братьями расслабились и перестали подозревать его. Но в начале весны, пришелец пригласил их на празднование своего дня рождения. А после этого — провал и клетка. Пришел в себя только вчера и то чудом.
— Имя помнишь этого гостя?
— Нет. Я только сейчас понял, что никогда и не знал его имени.
— Некромант и сильный ментал — произнес оракул — ну хоть что-то теперь известно наверняка.
— Мы сможем вытащить Тьери и Теоса?
— Тьери сможем, а насчет Теоса — я не уверен — задумчиво произнес Джастис — даже моей силы не хватило бы, чтоб очистить твою кровь. Если бы не Лея…
— Так! Стоп! И он тоже? — перебил его вампир.
— Да — ухмыльнулся оракул — его сила противоположна силе Леи. Он нужен для баланса.
— Вы о чем? — подозрительно спросил Тейт.
— О том, дорогой друг, что вставай в очередь — ответил Кайст — у Леи не только ты, но еще я, водник и вот этот старпер белобрысый в парах значимся.
Тейт изумленно посмотрел на всех.
— Она — дочь Павлоса. Будущая императрица. И если раньше девочек у альвов никогда не было, то вот она первая и единственная в своем роде. Чтобы выдержать силу отца, ей нужны все мы. Мы разделим ее между нами, приводя к балансу. Проще говоря, природа так устроила, что мы станем ее накопителями для магии, ведь одна она такой объем просто не выдержит.
— Я сошел с ума или умер? — ошарашенно спросил Тейт.
— Да нет, брат. Все с тобой нормально уже. Привыкай к этой мысли, а мы пойдем, пожалуй — вампир изобразил шутливый поклон и, насвистывая простую мелодию, вышел в коридор. Остальные потянулись за ним, оставляя темного одного.
Этой ночью Лее практически не спалось — ее мучили полусонные видения, которые сменялись с дикой скоростью: то император, который в гневе сжигал ее своей силой, со словами «У меня не может быть дочери!», то оракул, который снял повязку и все окружающие превратились в подобие умертвий без проблеска сознания, то умирающий темный, которого изнутри сжирала чернота. Девушка крутилась с боку на бок, переворачивала подушку, даже взяла скучнейший трактат, написанный эльфами с замудреными фразами о растительной магии, чтобы уснуть, но так и не смогла. Лишь с первым лучом рассвета ей удалось провалиться в темноту без сновидений.
И на следующий день у нее было соответствующее настроение и вид — синяки под глазами, бледные щеки и злое выражение в глазах.
На завтрак она не пошла — попросила принести ей в комнату чай и немного каши с фруктами. Но и аппетит помахал ей ручкой, поэтому она кое-как впихнула в себя пару ложек.