— Пытки, — тонкие пальцы осторожно коснулись того места, где под одеждой скрывалась печать. — Ты ведь уже знаешь, что это, правда? И тебе не понравилось, когда я применил Дознание. А ведь я был нежен с тобой. Другие не будут.
— Отойди, — с усилием выговорила Райга.
Он послушно отошёл, снова встал напротив нее, и наваждение развеялось. В его взгляде светилось сочувствие и некоторая доля смущения:
— Прости. Для меня использовать мою магию также естественно, как дышать.
Райга сделала несколько шагов назад и оперлась на парту.
— Почему ты говоришь мне все это? — спросила она. — Если я не ошибаюсь, твой род тоже хочет заполучить этот мнимый артефакт.
Он неопределенно закатил глаза и пожал плечами.
— Допустим, вчера я ясно увидел насколько такие, как ты, нашему миру нужны. Не хочу, чтобы люди остались без защиты перед змеями Изначального.
— Есть ещё пламенные эльфы, — напомнила она ему.
Серый рассмеялся.
— Эльфы? А ты их видела, Райга? Хотя бы одного единственного Пламенного, кроме своего наставника?
Девушка вспомнила выжженный источник Сил, разговор с магистром Лином в гобеленовом зале и ощущение связи с его родом. Но не стала отвечать. Хунта сделал шаг вперёд и с горечью сказал:
— Что, молчишь? Так знай, что Пламенным эльфам нет дела до Королевства Людей. Их долг — защищать Мерцающий лес, и они никогда не покидают его. Линдереллио фуу Акаттон Вал — исключение. Он родовит, силен, и ему все можно. На его забавы с людьми смотрят сквозь пальцы. Знаешь, сколько эльфов постоянно проживает на территории королевства?
— Сотня? — предположила она.
— Десяток, — печально ответил он. — Эльфы не помогут. Защитить наше Королевство можешь только ты, Райга Манкьери. Поэтому береги голову. И… не знаю, примешь или нет.
Он протянул ей алый камень на тонкой цепочке.
— Ты можешь попросить меня о помощи. Если это связано с порождениями той стороны.
Она недоверчиво посмотрела на амулет и покачала головой:
— Я сомневаюсь, что у меня будет желание обратиться к тебе.
— Мы не всегда следуем своим желаниям, — серьезно ответил ищейка. — Бери. Посчитаешь подозрительным — спалишь. У вас мастер темных артефактов в команде и один из пятерки сильнейших магов Союза. Я не в состоянии навесить на этот камешек ничего такого, что они не смогут увидеть.
Какое-то время Райга все же колебалась, но потом со вздохом протянула руку. Хунта опустил амулет в протянутую ладонь, стараясь не коснуться ее. И тут же быстро отступил назад. Какое-то время он молча смотрел на нее, а затем развернулся и резко вышел, не прощаясь. Она осталась стоять в пустом классе, сжимая в руках алый камешек и внутри у нее зарождалось тягостное предчувствие беды.
Озером это можно было назвать с трудом. Скорее — большой пруд, заросший ряской и кувшинками. Райга уныло посмотрела в мутную зеленоватую воду и зябко переступила босыми ногами по траве. Пламенный источник грел ее изнутри. Но промозглый октябрьский ветер все равно пробирался под рубашку, заставляя с тоской коситься на оставленные в стороне плащ и форменную жилетку.
— Ныряй уже, гений нежитеведения, — буркнул Миран. — А то мне на тебя смотреть холодно.
— Не вздумай утонуть и лишить моего отца удовольствия размазать тебя по дуэльной арене, — злорадно прошипел ей в спину Рейлин Фортео.
Магистр Чеку внезапно вырос за ее плечом. Райга покосилась на учителя и промолчала. Тот холодно сказал:
— Вы следующий, адепт Фортео. Можете начинать раздеваться. Водянников там два. Надеюсь, вы помните классификацию и методы борьбы с ними, и тащить вас из озера мне не придется.
Миран рассмеялся и заработал уничижительный взгляд одноклассника. Ллавен поторопил Райгу:
— Ныряй, а то и правда замёрзнешь.
Прыгать с берега она не стала. Аккуратно вошла в воду по пояс, позволяя пламени внутри прогнать холод. Отодвинула в сторону листья кувшинок и только потом поплыла. Нырять не хотелось совсем. Но водянника плавающая на поверхности девица не привлечет. Поэтому она подвесила на ладони лезвие ветра, набрала воздуха в лёгкие и опустила голову в воду.
Девушка была готова к тому, что придется несколько раз всплывать — задерживать дыхание она умела хуже, чем ребята из ее отряда. Но стоило ей сделать несколько гребков по направлению ко дну, как из плотного ковра водорослей к ней метнулась быстрая темная тень, от которой отделилась тонкая рука с острыми когтями. Райга хладнокровно позволила ей сомкнуться у себя на предплечье и лезвием ветра снесла голову подплывшей твари.
Самым сложным оказалось выбраться на берег. Когти водянника и не подумали разжаться. Хорошо, что он не был тяжелым. После нескольких минут бултыхания она, наконец, нащупала ногами дно и вытащила свой трофей. За ней в воде расплывалась лужа темной крови твари, в которой яркими полосами мелькала ее собственная кровь. Она села на холодную землю, бросила под ноги Рейлину обезглавленную тушу и насмешливо сказала:
— Ныряй, я тебе второго приманила.
