Выйти им из парка так и не удалось — мало того, что реальность меняла и запутывала лабиринт парка еще больше — так еще и путь им вдруг загородили несколько людей, вооруженных до мозга костей. Их здесь уже поджидали, у выхода — видимо, здесь и заканчивался парк, но реальность исказилась настолько, что все было слишком неясно.
Арт с Марой быстро переглянулись, кивнув друг другу, и шагнули вперед — им оставалось только пробиваться через этих людей и идти напролом. Хоть и шансы их были не особо велики — но все же, вампирская скорость делала свое дело. Хотя и люди эти были слишком хорошо натренированы — они знали, что делать, знали, куда бить и чем именно. Видимо, они были теперь по всему городу, что совсем не радовало.
Мара все же даже пустила в ход свою силу — ее стихия огня пригодилась очень кстати, и одной огромной огненной чертой ей удалось отделить их с Артом от этих людей прямо перед тем, как в сердце Арта чуть не оказался чей-то деревянный кол. Она успела как раз вовремя — и они тут же исчезли в направлении особняка, надеясь застать там всех остальных. Что в парке, что за его пределами — реальность так же менялась, и происходило что-то действительно странное, будто мир не мог определиться, чья именно реальность на самом деле реальна.
Но в особняке было на удивление пусто, что им обоим показалось слишком подозрительным — после произошедшего ночью все боялись покидать его, хоть кто-то и порывался сбежать из города. Но все они осознавали, что только вместе они могут справиться — и это внезапное исчезновение их всех показалось Маре и Арту странным.
Тьма надвигалась на особняк, становилось все тише, будто перед бурей, и все затихло на мгновение — и в следующее же вдруг особняк с грохотом затрясся, не на шутку напугав их обоих. Такого не было прежде — он просто заходил ходуном ни с того ни с сего. Казалось, особняк был эпицентром всего ужасного, что было в этом городе, хоть они и были все под одной крышей. Но и жили они все со своими демонами, и однажды он просто мог не выдержать. А трещины в реальности умножали все это стократно, обращая против всех них, и теперь любое неосторожное слово или движение могло быть чревато последствиями. Хотя сейчас, когда в особняке было пусто, это не было объяснением внезапно начавшегося землетрясения…
---------Chelsea Wolfe — Our Work Was Good-------------------------
Телепортировав в совершенно другую страну за тысячи миль от особняка и от полуострова в целом, Матвей с Розой оказались на небольшой равнине, ведущей куда-то в горы — его родители явно обитали где-то в горах, далеко от большого города. Поначалу равнина казалась Розе бесконечной, пока они не забрались на небольшой холм и не увидели перед собой большой каньон, прячущийся за огромным сосновым лесом. Матвей ностальгически улыбнулся, вглядываясь вперед, и взял Розу за руку — та лишь последовала за ним.
— Интересно, и где же мы? — поинтересовалась она.
— В Седоне, — ответил Матвей, — В Америке.
— Аа-а… — громко протянула девушка, любопытно озираясь по сторонам, — Далековато мы забрались… А куда сейчас?
— Мои родители живут около каньона — как раз там, где заканчивается этот лес, на его границе. Пройдемся немного пешком, воздухом подышим — ты ведь непротив?
— Конечно, непротив! — довольно воскликнула Роза, — Тут такие виды, что я бы с радостью погуляла…
Кивнув, Матвей повел ее к лесу, и через него, направляясь к каньону — и уже вскоре они вышли к небольшому одинокому домику на границе леса. Матвей тут же остановился, встал напротив Розы и, задумчиво оглядев ее с ног до головы, произнес:
— Слушай, они… Странные немного.
— Что значит «странные»? — напряглась Роза.
— Ну, странные. Как я, — пояснил Матвей, — У них свои тараканы.
-----------Chelsea Wolfe — Appalachia--------------------------
Роза, тут же хихикнув, махнула рукой:
— Ну, если как ты — то мне уже нечему удивляться.
— Вот это да!.. — вдруг услышали они чей-то пораженный голос неподалеку. — Селина, а ну, дуй сюда быстрее! Ты посмотри, кто заявился! У меня сейчас последние волосы выпадут…
Роза, удивленно приподняв брови, уставилась на Матвея, и они оба обернулись на голос, принадлежавший мужчине, высокому и светловолосому. Забавно, но на это Роза сразу обратила внимание — как он только что пошутил насчет волос. Их-то у него было еще вполне много — что на голове, что на подбородке, заросшем густой, но короткой светло-русой бородой. Сам же он был одет во все черное, но выглядел вполне современно для человека, которому уже тысяча лет.
— Под моду, значит, стараешься равняться, да, пап? — усмехнулся Матвей, подойдя к нему и крепко обняв его.
— А ты не один, — заметил тот и вдруг напрягся, чуть понизив голос: — Помнишь, что я говорил? Доверять никому нельзя…
— Все нормально, — заверил его Матвей, — Этой девушке можно доверить даже свою душу.
— А ты уже и поспешил сделать это, да? — раздался звонкий женский голос. Вполне миловидная женщина, хоть и одетая, как самая настоящая хиппи, шла к ним прямо откуда-то из леса с охапкой трав в руке.
