– Правительство, наверное, уже знает или подозревает.
– Тогда мы должны отправиться прямо в логово!
– Вам туда нельзя! – Элизабет повернулась спиной к Кэнфилду и повысила голос: – Ни одно правительство – а вы правительственный служащий – не имеет права вмешиваться во внутреннюю политику другого государства. Есть иной путь. Куда более эффективный. Но он сопряжен с огромным риском, и мне необходимо как следует все взвесить.
Старая дама поднесла сложенные лодочкой ладони к губам и принялась ходить по комнате.
– Что это за путь? И в чем риск?
Но Элизабет не слышала его: она была глубоко погружена в свои мысли. Спустя несколько минут она сказала:
– В Канаде, в настоящем медвежьем углу, есть небольшое озеро, а на нем островок. Много, очень много лет назад его сгоряча купил мой муж. На островке имеются кое-какие постройки, примитивные, конечно, но жить в них можно... Если бы я положила на ваш счет столько, сколько для этого требуется, смогли бы вы организовать такую охрану, чтобы он стал абсолютно неприступным.
– Думаю, смог бы.
– Такой ответ меня не устраивает: тут не должно быть никаких сомнений. Жизнь всех членов моей семьи будет гарантирована полной изоляцией острова. А средства, о которых я упомянула, поверьте, безграничны.
– Тогда смогу.
– И смогли бы переправить их туда в полной секретности?
– Да.
– И устроить все за одну неделю?
– Да.
– Очень хорошо. Я вкратце обрисую вам, что я намерена сделать. Но, поверьте, если я говорю, что это единственный путь, – значит, так оно и есть.
– Каковы же ваши намерения?
– Излагая упрощенно, «империя Скарлатти» уничтожит всех цюрихских инвеститоров. Приведет их всех к финансовому краху.
Кэнфилд смотрел на исполненную достоинства решительную старую леди. Он судорожно обдумывал свой ответ.
– Вы с ума сошли, – наконец спокойно произнес он. – Вы одна. Их четырнадцать... хотя нет, теперь тринадцать вонючих богатых жирных котов. Вам с ними не совладать.
– Я за ценой не постою, мистер Кэнфилд. Во всяком случае, тут иной счет. Важно, как быстро человек может оперировать своими средствами. В экономике фактор времени – основное оружие, и не слушайте, если вам скажут иное. В моем случае одно обстоятельство перевешивает все остальные.
– Какое же?
Элизабет неподвижно стояла перед Кэнфилдом. Голос ее звучал твердо и размеренно:
– Если бы мне потребовалось ликвидировать весь промышленный трест Скарлатти, меня не смог бы остановить никто на свете.
Кэнфилд не был уверен, что понимает смысл сказанного Элизабет. Он замешкался с ответом, потом пробормотал невнятно:
– А? Вот как?
– Да вы дурак!.. Кроме Ротшильдов и, возможно, нескольких индийских магараджей, вряд ли кто еще на всей нашей планете может так сказать!
– Но почему? Почему никто из цюрихской группы не может сделать то же самое?
Старая дама в негодовании всплеснула руками.
– Вы меня удивляете! Неужели только страх способен заставить вас мыслить более масштабно?
– Не надо в ответ на вопрос задавать вопрос! Я жду ответа!
– Все взаимосвязано, уверяю вас. Основная причина, почему такая операция никем в Цюрихе не может быть и не будет осуществлена, – это обуревающий их страх. Страх перед законом, поскольку они связаны совместными преступлениями, страх за инвестиции, страх перед вкладчиками, страх перед необходимостью срочных решений. Но прежде всего страх перед финансовым крахом.
– А вас ничто из вышеперечисленного не волнует... Правильно я вас понимаю?
– "Скарлатти" ни с кем не связана какими-либо обязательствами. Пока я жива, решаю я. «Скарлатти» – это я.
– А как насчет всего остального? Принятия решений, страха, угрозы разорения?
– Как всегда, мои решения тщательно просчитаны, а потому точны. Ни о каком страхе не может быть и речи.
– Ну а как же финансовый крах?.. Вы чертовски самоуверенны, мадам.
– Вам опять недостает масштабности мышления: я заранее мирюсь с крахом дома Скарлатти. Борьба будет жестокая, не на жизнь, а на смерть, так что пощады ждать не приходится.
Мэтью Кэнфилд наконец понял главное.
– Черт побери! – воскликнул он.
– Мне необходимо располагать огромными суммами. Такими огромными, что вам трудно даже представить. Они будут выдаваться по моему указанию. Речь идет о таких суммах, которые позволяют покупать огромные предприятия, опустошать или перенасыщать рынки сбыта. Когда такого рода операция будет осуществлена, вряд ли можно будет воссоздать «империю Скарлатти».
– Тогда вам конец.
– Безвозвратный.
Старая дама смотрела на Кэнфилда, но не так, как обычно: сейчас она была похожа на канзасскую бабусю, обеспокоенную засухой на полях и спрашивающую проповедника, когда же наконец Господь соблаговолит ниспослать на землю дождь.
– Я исчерпала свои доводы. Прошу вас, дайте мне возможность провести последний бой.
– Вы слишком многого от меня хотите.
