Гарри стал стремительно бледнеть. Жена видела его на сквозь и она поняла, что на правильном пути.
-Даже не так. Джеймс Поттер не просто лишил Лили право выбора. Этим он сделал с ней то же, что и Дамблдор сделал с тобой. Дьявол! - Глаза Гермионы расширились от озарения. - Да ты же видишь в своём отце копию Дамблдора!
-Я пойду к Каркарову. Посмотрю, что можно сделать с его клеймом, - безжизненным голосом сказал Гарри и поднявшись, отправился к выходу.
Нарцисса попыталась что-то сказать, но Гермиона предостерегающе подняла ладонь и отрицательно покачала головой. Ещё долго после его ухода присутствующие смотрели на выход из кабинета.
-Гермиона, - прошептала растерянная Нарцисса, - Может стоит поговорить с ним?
-Нет, - девушка отрицательно покачала головой, - ни в коем случае. Не сейчас.
-Но...
-Цисси. Не лезь. Гарри сейчас не просто зол. Он в Бешенстве. Пусть остынет. Не забывай. Гарри фактически не знает своих родителей. Он вырос без них. Да, в душе он понимает, что они его семья и всё такое, но он слишком долго..., нет, не так. Он вырос без них.
-Ты хочешь сказать...
-Да. Фактически, они для него как посторонние люди. Им нужно знакомиться заново. Да, Гарри видел семейную жизнь родителей глазами Лили, но видеть чужими глазами и пережить самому, это не одно и тоже. А вот Джеймс, да, Лили простила его. Да, Джеймс любил жену, и как утверждает Лили, не просто любил её и сына, а целовал землю, по которой ходил маленький Гарри. Но это не отменяет того, что Джеймс сделал с матерью Гарри для достижения своей цели. Своих желаний, не спрашивая желаний Лили. И любовь Джеймса Поттера к жене и сыну, не отменяет и не прощает его поступка. Не в глазах Гарри. И если Гарри хоть немного знает свою мать из её памяти, то его отец для Гарри абсолютно незнакомый человек. Человек, который лишил воли Лили, превратив её в безвольную и влюблённую дуру.
На какое то время в кабинете вновь воцарилась тишина.
-Гермиона, - сказал Тревор. - Ты сказала, что Гарри знает свою мать из её памяти. Что ты этим хотела сказать?
-Именно то, что сказала. Когда мы покинули Хогвартс и перенеслись в замок Салазара Слизерина...
-Вот оно значит как? - Протянул Тревор.
-Мэри МакДональд. - Нарцисса разочарованно покачала головой. - Бедная девочка.
-Стоп, стоп, стоп. - Фадж вскочил с кресла и забегал по кабинету. - Стоп! Возможно, я повторяю, возможно, так вот, возможно, что мы все ошибаемся. Нет, нет. - Фадж поднял ладони в защитном жесте. - Я не в коем случае не защищаю и не пытаюсь защитить возможных насильников. Но давайте смотреть не предвзято. Мы по прежнему ничего не знаем о том, что произошло в ту ночь, когда МакДональд покинула Хогвартс. Мы не знаем, что произошло в гостиной Салазара Слизерина. Всё вышесказанное, это наши домыслы. Да, скорее всего она была унижена, но..., - лицо Фаджа буквально перекосило от отвращения, - но изнасилование. Да ещё чуть ли не в присутствии студентов почти всего факультета Слизерина! В общем, прежде чем бросаться подобными обвинениями, нужны твёрдые доказательства. В противном случае даже намёк на подобное..., да за такое обвинение волшебник будет иметь право объявить войну не только тому волшебнику, кто осмелится сказать подобное, но и его Роду.
-Я согласна с Корнелиусом, - сказала Нарцисса. - Гермиона. Нельзя вот так просто подойти к волшебнику и обвинить того без доказательств. В особенности, если это представитель древнего и уважаемого Рода. Всё, что мы имеем, это подозрения. Не более. И вновь я соглашусь с Корнелиусом. Если ты намекнёшь, что некий волшебник совершил подобное не имея твёрдых доказательств, пострадавший волшебник, чья репутация тобою была запятнана, будет иметь право уничтожить тебя и твою семью. Всю семью. Подобное смывается только кровью. Это будет его право. И Визенгамот будет не на твоей стороне. Закон - законом, но традиции и Законы Магии для членов Визенгамота всегда будут выше. Хоть они этого и не афишируют.
-Я понимаю, Цисси. Не беспокойся. Всё будет в рамках традиций и закона. В рамках Магического закона, - поправилась Гермиона. - Ни предки Мэри МакДональд, ни она сама не были вассалами моей семьи. Но! Они были жрицами моей матери. А это намного серьёзнее. Это даёт мне такие права..., - Гермиона улыбнулась, и её улыбка стала похожа на оскал хищника. - Но об этом мы поговорим, когда узнаем правду. А пока, Корнелиус, что ты скажешь Джуди о смерти её брата? Точнее, о его возможном воскрешении?
-Возможном? - Спохватился Фадж.
-Корнелиус. Мы ни в чём не можем быть уверенными. Не забывай. Салазар Слизерин никого не воскрешал. Вырастить тело, выращивал, но не воскрешал!
-Эээ, - растерялся министр, - ну, я, как бы это...
