- Как мы только что узнали со слов миссис Малфой, директор Тревор принёс полную клятву написанную Основателями. Кстати, кто-нибудь в курсе подробности этой клятвы?
Студенты отрицательно покачали головами.
- В общем, теперь ни Попечительский Совет, ни Министерство Магии не имеет в школе никаких прав отдавать директору приказы. Они могут только порекомендовать.
- Отсюда вопрос, – сказал задумчивая Дафна, – чем это нам грозит?
- Тем, что мы получили того директора, который нужен Хогвартсу.
- То есть?
Забини с гордостью посмотрел на студентов и торжественным голосом проговорил:
- Дамы и господа. Позвольте поздравить вас с тем, что в ближайшее время в стены этой школы вернутся те предметы, которые с таким маниакальным упорством уничтожал Дамблдор.
Посмотрев на ошарашенных студентов Забини продолжил:
- Традиции, ритуальная магия, боевая магия, – сделав особый акцент, – кровная магия, одним словом – все предметы, предписанные Основателями для обучения, будут возвращены в учебную программу. Исключение может быть, только некромантия. Но, как сказал директор, и здесь могут быть исключения.
Спустя минуту Эйвери выдохнул:
- Министерство этого не допустит!
- А кто их об этом будет спрашивать? – Забини удивлённо выгнул бровь.
- Но Министерство всегда…
- Это был лишь до тех пор, пока не пришёл мистер Тревор и не принёс полную клятву, мистер Эйвери. Отсюда и предложение нашего директора. Он предлагает членам наших семей занять места профессоров на данных дисциплинах.
- А если мы откажемся?
Забини подозрительно посмотрел на Эйвери.
- Сам-то понял, что сказал? Сколько волшебной крови пролили сторонники Дамблдора, не желая допустить этого дня.
На этих словах Забини встал и подошёл вплотную к Эйвери.
- Или, быть может, Ваша семья сменила сторону?
Эйвери растерянно посмотрел на студентов, которые подозрительно смотрели на него.
- Я не это имел в виду. В нашей стране могут и не найти нужных специалистов.
На этом моменте Тревор остановил запись.
- Корнелиус, что думаешь?
- Этот Эйвери сразу понял, в чём соль.
- Его семья, если я не ошибаюсь…
- Да. Они активно поддерживали Волан-де-Морта.
- Я вижу, что ты больше не вздрагиваешь, произнося это имя.
- Это потому, что я в ярости от того, что он с Дамбдором хочет сделать со всеми нами.
Тревор вновь активировал руны.
Посмотрев какое-то время на Эйвери и выразив своим взглядом всю глубину подозрения к нему, которое он сейчас испытывает, Забини хмыкнул.
- По словам нашего директора, он сделает всё возможное, чтобы привести нас к величию и могуществу. Не больше и не меньше. Если, – Забини вновь подозрительно посмотрел на Эйвери, – некоторые откажут в помощи в столь благородном деле, за которое было пролито столько НАШЕЙ крови, то директор Тревор наймёт профессоров из-за границы. Лучших из лучших.
- Это будет стоить недёшево, – задумчиво пробормотала Дафна.
- По словам директора, Основатели оставили достаточно золота, чтобы он не испытывал трудностей. Так что, я призываю Вас всех написать своим родителям и сообщить им об этом. Лично я бы предпочёл, чтобы нас учили наши волшебники, а не пришлые из-за границы. Тем более, что обучая нас, будут давать знания, которое оставили для нас Основатели. Я бы не хотел, чтобы к этим знаниям был доступ посторонним.
- Записи Основателей, – благоговейно прошептала Дафна и остальные студенты разделили её чувства.
- Директор Тревор, на правах принесённой полной клятвы Основателей, получил доступ к этим знаниям.
Дав студентам переварить эту новость, Забини продолжил:
- Однако главная новость не в этом.
Дождавшись, когда на него вновь все обратят своё внимание, Забини продолжил:
- К сожалению, я не могу сообщить Вам главную новость по просьбе Министра. Вечером Вы всё узнаете от него…
- С каких пор, – усмехнулся Эйвери, – тебя останавливает просьба Министра? Если это информация важна, то ты должен…
- Вам я ничего не должен, мистер Эйвери, – отрезал Забини, – и впредь не смейте перебивать меня!
Окинув его брезгливым взглядом, Забини продолжил:
- Я уверен, что скажи я эту информацию, то она не уйдёт дальше этой гостиной. Но это была личная просьба Министра! Министра, к мнению которого прислушивается наш директор. Министра, которого лично я глубоко уважаю.
- Благодарю Вас, мистер Забини, – усмехнулся Фадж, сидя в кабинете директора, и изобразив поклон.
Забини вновь встал со своего кресла, подойдя вплотную к Эйвери, встал к нему практически нос к носу, а затем прошипел:
- И если некоторые считают, что справятся с обязанностями старосты лучше меня, то я с радостью готов попросить нашего декана передать этому мазохисту свою должность. Пусть говорит то, что сочтёт нужным, а потом испытывает на себе все прелести НЕУДОВОЛЬСТВИЯ от НАШЕГО директора! Мне и одного раза хватило, – на этих словах Пэнси Паркинсон взялась ладонями за свои локти и зябко поёжилась от воспоминания.
- Желающие занять наше место есть? – спросил Забини.
На этих словах Паркинсон с надеждой посмотрела на студентов. Очевидно, студенты не хотели смотреть на мир таким же взглядом, что и Паркинсон.
