Хотя глаза точно были мои. Разрез тот же — я его признал. С цветом вот — засада, он у нас с сестрой менялся в зависимости от освещения и настроения. Сегодня в рассветной дымке — серые, но и зеленца вроде проглядывает в них. Наверное, с психу… или недосыпа.
Ладно, нос, по крайней мере, знаком и претензий у меня к нему, как обычно, нету. А вот губы… кажутся слишком пухлыми. То ли от вчерашнего двухчасового отмокания в горячей воде, то ли от того, что выпятились в свойственной скорее, опять же сестре, а не мне, скептической ужимке.
Короче, не знаю, что там с эльфом, а по мне так, несмотря на суточную щетину и по-мужски грубоватые черты, с этими кудрями до пояса из зеркала на меня смотрела — Маня, один в один. А если к этому женоподобному облику добавить и мой кружавчатый гардероб, то печаль выходила — полная…
Желая подбодрить себя, взлохматил на темечке волосы, набычился и к плечу приложил рок-козу, а для полноты образа еще и язык вывалил. Ну, вот так еще ниче…
Но на хэви-метал-Женьку мне полюбоваться не дали толком — пацан вместе с зеркалом шарахнулся от меня, а дракончик, вздернутый его страхом, соответственно, неодобрительно заворчал.
Нет мне ни покоя, ни шчастья в жизни этой…
— Зови Моха, будем снова стричься, — велел я валету, проигнорировав его просительный взгляд, а сам, путаясь в волосах, полез выбираться из постели.
Когда со своими чудо-ножницами прибыл шустрик, я уже сидел посреди комнаты на табурете и был готов с новоявленным бохатством побыстрей распрощаться.
А вот они все — нет…
— Может господин передумает… — начал Мох чуть не от двери, — вот представьте, какая будет красота, когда вы на ристалище при парадном выходе появитесь, да при полный доспехе…
— Чего?!
— А вы разве не знаете, что скоро гномы прибудут и вам всем, новым рекрутам, латы станут подбирать? Это ж обязательно к турниру…
Уж не знаю, специально он эту тему завел, чтоб я прифигел и сильно не выпендривался, или так получилось невзначай, но в связи с новым потрясением качественно надавить на местный обслуживающий персонал у меня не вышло. И в результате из-под рук Моха я вышел не совсем с тем, что хотел.
— Это что?! — спросил я, сграбастывая с глаз длинные пряди, которых набралась полная пригоршня.
— А это — вот! — и барбер-изувер жестом фокусника выдернул откуда-то кожаный шнурок и подхватил им все мешающие мне лохмы на затылке.
Я посмотрел на себя в зеркало — вроде ничего так, да и в глаза не лезет.
Ладно, что с этих малахольных взять? Как-нибудь дотяну до отбытия, а там, дома, сгоняю к Антону в салон и верну все на свое место.
А пока, отослав гордого собой Моха, я отыгрался на валете, принявшись швырять его почем зря на новеньких матах.
После разминки, своей очередью последовали бритье, душ, завтрак в компании Сопровождающих и все остальное далее по списку.
Голова вроде за ночь пришла в норму, а косячить вновь, понятно дело, я больше не собирался. Так что была надежда, что мой план по освоению более практических знаний, все же сработает и я встречу продвинутых малолеток не последним дураком.
***
Последующие дни по жесткости распорядка были один в один, и вскоре они замелькали в своем однообразии так, что я едва успевал их отслеживать.
В седле держался я теперь все увереннее и увереннее, притом настолько, что скотина Арч почти перестал делать мне замечания. Это, в свою очередь, видимо вводило его в раздражение уже другого рода и, не имея возможности позлословить в мою сторону совсем, он отрывался по полной на Жоке, продолжающего пробежки по кругу. Но парень, набираясь, как и ожидалось, уверенности на наших тренировках, тоже вскоре перестал на выпады конюха реагировать. Так что вскоре, не видя приятной для себя реакции, Арч и вовсе заткнулся, и теперь лишь пучился про себя от сдерживаемой злости.
Впрочем, ожидаемого мною срыва тоже не происходило, и эта проблема постепенно отвалила от нас.
В занятиях с эльфом вскоре так же наметился некоторый прогресс. Похоже, наши каждоутренние и ежевечерние разминки-спарринги с Жоком пошли на пользу не только ему, но и меня подтянули до приемлемого уровня. Я конечно эльфовой гибкости и стремительности в движениях так и не достиг, но и пьянчужкой, заплетающимся в ногах, уже не выглядел, постепенно научившись хотя бы ловить на меч и отражать выпады.
Про метание ножей и рукопашку с тесаком и вовсе говорить не стоит — с ними и так было все неплохо, а непрекращающиеся тренировки и того более укрепили мои навыки.
Магия, как и все остальное, что неустанно отрабатывал, так же гораздо увереннее давалась мне. Особенно прогресс попер, когда я начал потихоньку с практической стороны ее познавать, пользуясь предоставленной свободой. На мою удачу Сопровождающие, добившись от меня уверенного огня, стали все больше филонить с преподавательством и оставлять в зеркальном дворе одного.
