– Нам придётся рассказать о пещере остальным, – почти с вызовом сказал Никита почему-то Марте, которая стояла по привычке рядом с ним.
– Я берусь развернуть эту капанию в Ирике, – Даяна слегка вышла вперёд.
– А я в Асконии, – лениво поднял руку Игорь Родон, – если, конечно, докажу, что живой.
Джонни присел рядом с Трофимом и мечтательно поднял голову, глядя в высокий потолок.
– А я, – в голосе его послышалась хрипотца, – я… открою свою платную клинику для психологической помощи, куда могут обращаться и асконцы, и ириканцы, – и увидев недоумение на лицах друзей тут же пояснил. – Подозреваю, ваши кампании, развёрнутые в обоих городах с таким напором, принесут немалые барыши моему новому бизнесу.
Трофим засмеялся и толкнул Джонни в бок:
– Тогда уж тебе лучше строить её здесь – в Африке. Недалеко от пещеры.
– Возможно, – Джонни кивнул. – Надо переговорить с отцом. Он должен мне спроектировать здание… после того как согласится, что моя бредовая идея о «пещере познаний» принесёт семье большой доход.
– А я… – протянул, было, Трофим, по примеру Джонни глядя в потолок, но его прервал капитан Подольский.
– А ты полетишь с нами, – авторитетно заявил он, крутя указательным пальцем вокруг лица парня. – Я говорил, что мне нравится этот пацан? – обратился он уже к остальным присутствующим. – Ты полетишь с нами, как представитель Земли, чтобы выступить в суде о решении снятия блокады с планеты…
– А…– Трофим медленно стал подниматься…
– Да, девчонку рыжую можешь взять с собой, – не дослушав, кивнул Подольский.
– Спасибо, но..
– Вы вернётесь, – Подольский остановился, широко расставив ноги и закинув руки за спину. – Конечно, вернётесь. Ты же хотел покинуть стратосферу?
– Да, – только сейчас, когда Трофим понял, что обрёл свою семью, ему не хотелось улетать, несмотря на всевозможные трудности.
– Трофим, – Никита положил могучую руку ему на плечо, – несмотря на то, что ты сильно отличался от остальных всю свою жизнь, похоже, только ты сможешь стать достойным представителем Земли. Ты и Анитси.
Трофим взглянул на отца. Тот улыбнулся ему и лихо подмигнул, передавая улыбку Даяне. Асконец всю свою жизнь не знал, кто такая мать, но именно этот её прощальный взгляд вспоминал он после на далёких чужих планетах.
Когда Трофиму было семь лет, он как-то угодил в больницу. И там, не имея никакой другой возможности развлечься, он днём спал, а по ночам сидел на широком подоконнике и смотрел в усыпанное звёздами небо. Больница стояла на окраине города, потому небо казалось ниже, а звёзды ярче. Маленькому Трофиму чудилось, что нет конца и края этому звёздному бесчинству. Подперев подбородок острыми коленками, он вглядывался в ночное небо до изнеможения. Самая яркая звезда (ему сказали, что это Сириус) словно издевалась над мальчиком, маня свои холодным светом. И в тот момент Трофиму казалось таким простым и само собой разумеющимся представлять себе: а какие эти звёзды, если к ним приблизиться. И он сидел на старом шершавом подоконнике, вглядываясь в бездну и в свои фантазии до тех пор, пока ноги не замерзали от сквозняка, пробирающегося сквозь расшатанные оконные рамы старой больницы. Именно в то время и родилась мечта у маленького асконца – покинуть старушку Землю.
Лёгкая и немного светлая грусть посетила Трофима, когда он стоял у большого оконного экрана звёздного крейсера бывших землян и наблюдал, как мимо проносятся огни небесных тел. Здесь всё выглядело иначе: всё казалось опаснее и… роднее. Звёзды казались своими. И хотя до самой ближней из них было сотни световых лет, ощущение близости завораживало до щекотки в ладонях.
Трофима на время полёта приняли в команду. На самую незначительную должность, но форма ему понравилась. По долгу службы теперь он редко видит капитана Подольского и его немногочисленный экипаж – всё же в просторах крейсера немудрено потеряться. Что до Анитси, так ту уже пять дней не было видно. Она теперь всё время проводит с Элис. Земляновед буквально околдовала молоденькую ириканку своими рассказами, за что Трофим сердился на неё и вскоре сам стал избегать встреч с девушками.
Но даже не это его волновало так сильно. Теперь, когда он нашёл ответы на все свои вопросы, у него их появилось ещё больше. А ещё он понял, что дико будет скучать по своим друзьям, по отцу, по матери и сестре, которых обрёл так недавно и толком даже не узнал. Он будет скучать по Земле. Интересно, как они там… на Земле?
Трофим прислонился к экрану обзорного окна, с тоской вглядываясь в космос. На его худое плечо легла чья-то тёплая ладонь. Трофим не обернулся. Он узнал Анитси.
– Вернулась? – только и спросил он.
– Это в природе человека, – тихо прошептала девушка, положив ему голову на плечо, – возвращаться.
